кажется, больше всех не хочет менять ее на другую. Но это не мешает ему это делать и, видимо, не мешает вести небольшие сепаратные переговоры. Он переписывался с Софией. Кажется, он даже послал ей фотографию своего члена. Мне сказали, что он огромный. Черным парням везет, когда дело касается генов.
Ничего не имею против Криса или его дочери. Я фантазировал о своей очереди с Сашей, как и со всеми остальными девушками в клубе, да и Крис — хороший парень. Но у меня уже была сделка. С Ари все было отработано. Я знаю, что Ари не очень красивый парень или что-то в этом роде, но он вроде дарит девушкам отличные подарки и очень нежен.
Последние два дня София намекала на то, чего она хочет. Наконец, в четверг поздно вечером я понял, чего она хочет. Моя жена уже в постели, а София только что принесла мне свежевыжатый сок. Я уверен, что выгляжу как зомби. Она же выглядит как стриптизерша. На ней эти чулки и белые подвязки, которые обрамляют ее попку в атласных трусиках. Пышные сиськи почти выпирают из лифчика, который она носит. Я думаю, что только тесьма скрывает от меня ее соски.
— Папочка, — говорит она, садясь на диван. — Могу я поговорить с тобой об этих выходных?
— Конечно, милая, — говорю я. — Тебе обязательно было надевать этот наряд?
— А, это? — смеется она. — Просто примеряю вещи для этих выходных.
Я пытаюсь сосредоточиться на спортивной программе, а не на своей восемнадцатилетней падчерице в нижнем белье, сидящей так близко, что я чувствую тепло ее тела на своей руке. Нил Эверетт, говорящий о футболе, явно проигрывает эту битву.
— Ты знаешь, как я люблю наш клуб и как мне нравится ходить туда с тобой, чтобы ты мог, ну, знаешь, провести время с девочками. — Она так опасно мила, когда волнуется, и я краем глаза вижу, как краснеют ее щечки. — И, типа, я полностью понимаю правила о том, что папы должны все организовать и все такое. Мы просто должны соглашаться или нет. И я не хочу все испортить. Но... ладно, вот в чем дело... эм...
— Ты хочешь переключиться на Кристофера Хупера в эти выходные, — вмешалась я.
— Да! Именно! — говорит она, хлопая руками по моему плечу и наклоняя свои груди вниз до абсолютного предела натяжения лифчика. — В следующий раз я обязательно пойду с мистером Хайманом. Я обещаю.
— Ребекка будет разочарована, — говорю я. — Ари тоже будет в ярости.
— Мммм, я знаю, — она надувает губы. — У тебя все получилось. Как насчет...
Она оглядывается через плечо, чтобы посмотреть, не спускается ли ее мать по лестнице. Когда она решает, что все чисто, София наклоняется и прижимается губами к моему уху.
— Как насчет того, чтобы сказать мистеру Хайману, что он сможет заняться моей попкой.
Я чувствую волнение, когда она произносит эти слова. Я мгновенно представляю себе моего пятидесятилетнего грузного друга, который хрюкает, когда напрягается, и мою падчерицу, склонившуюся над этим самым диваном. Представляется этот развратный образ, который я должен выбросить из головы.
— Ты уверена, детка? — спрашиваю я.
Она кусает губы и серьезно кивает.
— Хорошо, — говорю я. — Я сообщу ему новости. Я куплю Ребекке что-нибудь хорошее, чтобы загладить свою вину. В моем состоянии, наверное, все равно будет не очень весело.
— Ооо, спасибо, папочка! — София обнимает меня за шею и соскальзывает с дивана, чтобы опустить свою упругую попу мне на колени. Ее глаза немного расширяются, так как я
Разговор по-приколу