странно раздеваться перед девушкой в вечернем платье. Большую часть времени она отворачивает голову, только краем глаза я вижу, как она наблюдает за мной. Когда я добираюсь до трусов-боксеров, я не свожу с нее глаз. Она знает, что я знаю, что она смотрит.
— Можешь посмотреть, — говорю я и медленно начинаю спускать трусы. Мой член наполовину твердый, и я вижу довольную улыбку на ее лице, когда открываю всю его длину. Он большой. Я привык к тому, что мне говорят, что он большой. Я выхожу из трусов и поправляю член. Я погладил его один раз, и Хизер не смогла подавить стон. — Ты хочешь потрогать его?
Она поджимает губы и энергично трясет головой, ее волосы кружатся вокруг головы. Она пытается что-то сказать, останавливается и прячет лицо в ладонях. Я не могу удержаться от смеха.
— Все в порядке, милая. Расслабься. Принимай все в своем темпе. А я пойду искупаюсь.
Я поворачиваюсь и иду к краю бассейна. Я слышу Хизер позади себя. Она что-то делает. Ее одежда шуршит. Я не тороплюсь, напрягая мышцы и разминая конечности, как будто готовлюсь к прыжку в воду.
— Мистер Броуди, — говорит она робким голосом.
Я оборачиваюсь к ней и вижу именно то, на что надеялся. Хизер Тейт полностью обнажена, только ее руки тщательно скрывают от меня ее грудь и киску, обхватывая их руками. Румянец с ее лица распространяется вниз по шее к верхушкам грудей, размер этих молочно-белых бугров увеличился от сжатия их руками. Она смотрит мне в глаза, ее тело дрожит, когда она опускает руку и перемещает ее между бедер.
С тех пор как я присоединился к клубу, я видел достаточно великолепных юных девичьих тел. Ева похожа на модель. У моей собственной дочери отличное тело. Но у Хизер Тейт что-то чертовски близкое к идеальным пропорциям. Ее сиськи широкие и упругие, с ареолами среднего размера бледно-розового цвета, которые почти вздымаются вверх от пухлых грудей в форме бокалов для шампанского. Ее соски твердые и манящие, но мой взгляд блуждает по ее плоскому животику, узкой талии и прекрасному расширению бедер. Взгляд фокусируется на нестриженых рыжих волосиках, мягких и достаточно тонких, чтобы обнажить тугой цветок ее киски.
Мое желание сделать ей комплимент уступает желанию ощутить это тело руками. Я медленно подхожу к ней, смотрю в ее глаза, касаясь ее бедер и двигаясь руками вверх по телу. Она поворачивает свое лицо ко мне. Ее груди прижимаются ко мне. Мой член прижимается к ней. Я глажу ее грудь одной рукой, обхватывая ее и ощущая мясистую твердость соска своей ладонью. Наклоняю свое лицо к её и целую ее с величайшей нежностью.
— Потрясающе, — говорю я. — Ты... ты действительно прекрасна, Хизер.
— Спасибо, мистер Броуди.
Мы снова целуемся, наши рты открываются, и ее язык отвечает на мое вожделение. Ее рот широко раскрывается для меня, и мои руки прижимают ее тело к себе, мягкое, сладко пахнущее и теплое. Она полностью отдается мне со стоном. Ее рука касается моего члена, проверяя и сомневаясь. Я отвожу свое тело назад и направляю ее руку к своему стволу.
— Вот так, — говорю я, смыкая ее пальцы и показывая ей, как гладить "меня".
— Это становится все труднее, — задыхается она, переводя взгляд с моих глаз на член. Она проводит рукой по нему, пока на его кончике не появляются капельки предспермы. — Он сейчас выпрыснет?
— Еще нет. Ты бы хотела на это посмотреть?
Она кивает головой. Я не против. Как бы мне ни хотелось съесть ее великолепное тело живьем, я
Спасибо тебе