пьянки. Может помнишь, что я нарядилась цыганом, а Вовку заставила надеть своё платье, намалевала ему щёки, губы. В лифчик напихала тряпья. Зажимала его, мяла те тряпки... Короче изображала из себя мужика. Дед его подарил нам свой «Москвич». Хоть и не новый, но на ходу. Мы трое поехали кататься. Доехали до Елизаветинки, где он проживал. Посоветовал дать мотору остыть. Там ещё по рюмашечке самогону намахнули. Собрались ехать назад, а движок не заводится. Короче, до вечера копались, кое-как отремонтировали. Муж и дед Андрей грязные, в мазуте по плечи. Затопили баньку. Сначала мы с Вовкой помылись, затем дед вошёл, позвал моего с собой, мол нужно попарить старую спину. Вышли оттуда нескоро. Я успела и картошки с салом нажарить, да салатику накрошить. Заходят оба. Вижу Вовка сильнее пьян, чем, когда в баню вошёл дед. Сказал, что медовуха у деда в баньке нашлась, там без закуси и выпили по маленькой. И за поздним ужином вместе со мной ещё по паре рюмок той сладости выпили. А дед балагур такой, как выпьет, давай всё про баб и мужиков пошлости травить. Вовка сначала пытался пристыдить деда своего, а тот сказал, что мы уже взрослые, сами не девочка-мальчик. Прямым текстом спросил меня, понравилось ли мне любиться с мужем законным. Ответила так же прямо: «Если другим жёнам нравится, почему мне не должно? Я и мой Вова такие же люди! Вов, скажи, как тебе я?» Тот ответил: «Всю ночь иплись! Знамо понравилось!» Дед предложил выпить за мужское здоровье, женское желание. Смотрю в его стакане медовухи налито всего на палец, а в наших больше половины. Я сделала пару глоточков, Вовка выпил всё. Вставали из-за стола, так ещё на посошок выпили. И опять дед чуть-чуть, а Вовка половину стаканины. Догадалась я, что дед чего-то замудрил и машина вероятно не ломалась вовсе, а старый, что-то подстроил... Давай, па, ещё по одной. Таксист, бля, действительно горло мне поранил.
— Нахуя ты заглатываешь, дура? – вставил я, пока она разливала. Себе маленько водки, мне половину стакана вина.
— О-о-о! Вроде легче стало! – поведала Люба, выпив и подождав воздействия алкоголя на раны в горле. – На чём я остановилась...? Ах, да. Поняла я значит, и не очень удивилась, когда он погладил мою попку, сжал её в жменю. Даже несмотря на то, что от деда нас разделяла тряпочная занавеска, Вовка сразу же полез ебаться. Никакого кайфа, бля! Я вроде и сама бухая, не должна вонь его чуять, так нет, слышу. И отвращение у меня такое, что хотела скинуть его с кровати. Но дождалась пока он отпыхтится, запихнула в щель тряпицу. Он сразу и уснул. Слышу в светлице дед похаживает. «Чего уж, - думаю, - дед специально опоил внука. Наверняка замыслил бросить палку новобрачной. Что мне стоит отблагодарить его за дорогой подарок? Ничего! Правда, Ленка говорила, что вялый хуец, в пизде не боец! Посмотреть, что ли насколько он вял?» Да, папк, и во вторую ночь меня ебал не только муж. Старый дедок поинтересовался чего это мне не спится. «Неужто внук мой за вчерашнюю ночь поизносился, сегодня повторить не смог?» Я промолчала, присела за стол, допила медовуху. Дедок присел рядом, погладил по спине, типа успокаивал. Со спины перешёл к рукам, оголённым от старого халата его бабки. Я конечно поломалась малехо, поотталкивала его руку, нырнувшую к сиське. Промямлила, что замужняя, что верность обещала хранить, что дед родственник мужу и как он после будет смотреть в глаза внуку. Он подлил ещё медовухи, предложил
Издевательство над мужем