и его задницей, меня не интересовало. И наконец я сделал это: я сделал резкий рывок вперёд и вошёл в него полностью. Голова горела, я не мог соображать, мог только наслаждаться. Наслаждаться тем, как его тугое очко плотно сжимает меня, наслаждаться тем, как мой член приятно горел после каждого захода. Я наклонился над Сашей – он всё ещё кричал – и слизал слёзы с его лица, а затем смачно поцеловал.
— Тебе ведь нравится, сука, да? – на секунду оторвался я от его губ и сразу же припал к ним. Его мягкие губы, казалось, держали меня в плену.
Я снова поднялся и закинул его ноги себе на плечи. И я начал его трахать. Как трахают последнюю шлюху, последнюю блядь. Я схватил его за бёдра и так быстро и настойчиво его долбил, что с каждым толчком его тело отлетало чуть вперёд. Я посмотрел вниз и увидел, что мой член чуть ли не вдвое сжимается, что войти в его тугую дырку. Его же крохотный член уносило во все стороны от моей долбёжки, это зрелище возбудило меня ещё сильнее. Тут я почувствовал, что жар в члене стремительно нарастает и понял, что пора взвинтить темп ещё выше. Саша неистово орал, морщился, плакал и от этого я только возбуждался. Мой член всё входил и входил в его зад, я всё так же держался за его гладкие ножки, как вдруг взрыв. Я почувствовал, как всё моё тело взорвалось наслаждением, почувствовал, как мой член выстрелил дробью. Ещё минуту я не мог прийти в сознание, я со всей силы сжал его бёдра и толкался в него, глаза мои закатились, так что я не видел и не слышал ничего, что происходит вокруг.
Когда я более или менее пришёл в сознание, то чуть не упал, так как ноги всё ещё подкашивались от удовольствия. Саша весь дрожал и смотрел на меня как испуганный зверёк. Я медленно вытащил член из его зада и оттуда сразу же рекой потекла моя конча, капая на пол. Я лёг рядом и снова смачно поцеловал его, а затем заснул на этой же кровати.
ТРИ СЕМЕЙНЫХ ВЕЧЕРА