Машинально набрала номер виновницы её бед. Катя примчалась на вызов подруги, к ней на седьмой этаж как неотложная помощь:
— Что? Что он с тобой сделал?
По мере рассказа встревоженное лицо Катерины стало возмущённым и даже укоризненным:
— Женька, ты помнишь, сколько тебе лет? Ведь не пятнадцать, а тридцатник скоро. А ты до сих пор от поцелуя сознание теряешь?!
— Кать, мне страшно! Я словно стою на краю пропасти, и меня тянет туда прыгнуть. Что делать?
— Прыгай! А чтобы от поцелуев в обморок не падать – целуйся почаще и мозги не теряй!
Эх, если бы это было так просто!
Через два дня он позвонил. И снова этот чудесный голос, разговор ни о чём почти до утра. А утром – сообщение:
— Здравствуй, Звёздочка!
Женя рассмеялась от счастья, так её никто не называл. От этого слова в голове у скромницы начиналось тихое кружение, а сердце, словно спотыкалось и падало куда-то в область живота, где тут же образовывалось легкое томление, какое бывает, когда взлетаешь на качелях вверх, а потом, зависнув на тысячную долю секунды в самой верхней точке, летишь вниз, замирая от ужаса и счастья.
Договорились встретиться в ближайшее воскресенье в центре города и погулять.
Подруге помогала собираться Катюша. Именно по её настоянию, девушка надела не извечные брюки, а симпатичный сарафан бирюзового цвета чуть выше колена. Женя опаздывала и, вбежав в парк столкнулась с Виктором, попав в его объятья. Он тут же отстранился, а на светлом пиджаке остался след Женечкиной помады.
Целый день они бродили по парку, ели шашлыки и мороженое, сидели у фонтана и говорили, говорили, говорили…
Виктор казался таким родным, как будто они уже сто лет были знакомы, только давно не виделись.
Парочка всё больше отдалялась от главной аллеи и забрела в отдалённую диковатую часть парка. Женечка увлеченно о чём-то рассказывала, когда Виктор заметил тропинку, ведущую вбок от основной дороги.
— Предлагаю найти тенек, а то становится душно, — сказал мужчина и уверенно свернул, увлекая за собой свою спутницу.
Преодолев препятствия в виде веток густо разросшегося куста, они оказались на небольшой полянке. Посередине виднелся след от кострища, а по бокам лежали толстые стволы старых деревьев.
Виктор сел на одно из них, а Женечку усадил себе на колени. Ветки надежно скрывали их от посторонних глаз, поэтому мужчина сразу принялся страстно целовать свою спутницу. Руки Виктора крепко обнимали девушку, периодически поглаживая ее бедра, спину и руки, но вскоре и этого стало мало и он переключился на грудь. Он стал целовать ложбинку между двух упругих мячиков пытаясь зарыться в них, но мешал лифчик. Поэтому он решительно скинул бретельки сарафана с плеч и потянул его немного вниз.
Женя немного запротестовала, но в данном положении у нее были буквально связаны руки, поэтому ничто не помешало возбуждённому мужчине задрать ей бюстгальтер и припасть губами к ее соску. Она охнула и обмякла. Виктор поочередно целовал то одну то другую грудь, не прекращая мять ее рукой. Она была небольшого размера, хорошо помещалась в ладони и была безумно приятная на ощупь. Ее дыхание участилось, соски налились и теперь дерзко торчали вверх. Соблазнитель периодически сдавливал их пальцами, вызывая довольный вздох партнерши. "А хороша цыпочка. Горячая! А поначалу совсем бледной молью казалась" — раздумывал Виктор, не переставая одаривать ласками свою новую пассию.
Наигравшись с бюстом, его правая рука продолжила исследовать девичье тело. Она легко проскользнула по талии, бедрам, щиколоткам и, вернувшись наверх, оказалась под подолом сарафана, коснувшись гладкой шелковистой ножки, после чего направилась всё выше.
— Подожди! — попросила она и немного отстранилась.
Жизнь слабовольного человека 2-я часть