не до этого. Но давление моего стояка она хорошо ощутила, я видел, как расширились зрачки её глаз.
Женщиной мама Рита была не старой, сорок лет всего и имела неплохие антропометрические данные. А именно немного худощавое тело, в меру крупные груди и тугой накаченный попец, на стройных ногах и широких гладких ляжек. Симпатичное лицо, красоту которого портила её напускная строгость. И естественно мать, как, и любая другая женщина в её возрасте, хотела секса и общения с мужчинами.
— Ох, Костя, хоть бы дала, не отказала, а то мне хана, лишусь квартиры и мне негде будет жить. И зачем же я в это казино пошла? - сокрушалась мать идя со мной в зал, где нас ждала Ира.
— Проходите, присаживайтесь, Маргарита Владимировна. Сейчас мы с вами в спокойной обстановке всё обсудим, но для начала выпьем по рюмочке, я на "сухую" не привыкла дела вести, да и вам нервы нужно успокоить. - сказала Ира, сажая её на диван и подвигая к ней минибар на колёсиках, с десятком бутылок с различными винами и коньяками.
Шторы на окнах в зале были приспущены и в комнате царил лёгкий полумрак, в углу тихо играла магнитола, пела любимая моей матерью Патрисия Каас - она обожала французскую певицу за её неповторимый голос. Ира знала это и очевидно умышленно поставила запись именно с Патриссей Каас, а не к примеру, с Аллой Пугачёвой, которую моя мать терпеть не могла.
Пока я помогал маме раздеться в прихожей, жена не только выкатила бар к дивану, но и успела снять с себя халат и надеть юбку и красивую блузку. А это говорило о том, что она не собиралась выгонять мою мать и была согласна дать ей денег для оплаты долга в казино.
— Спасибо, дочка, но я за рулём и не могу выпивать. Я у вас долго не задержусь, мне домой нужно, да и долг в казино отдать необходимо. - мама Рита, показывая ей что она не будет выпивать, накрыла ладонью пустую рюмку, в которую Ира хотела налить коньяк.
— Вам, Маргарита Владимировна, в любом случае придётся у нас ночевать. Я не держу дома такую сумму. Деньги мои лежат на хранении в банке, а он откроется завтра утром в девять часов. Вы же не поедете сейчас обратно к себе в Подмосковье, чтобы потом снова ехать в Москву. Зачем же вам мотаться туда-сюда двести километров, когда вы можете спокойно у нас с Костей переночевать. - мягким вкрадчивым голосом сказала Ира, держа бутылку с коньяком в руке в ожидании, когда свекровь уберёт ладошку с рюмки.
В своём стремлении лечь в постель с моей матерью, жена хотела прежде всего её напоить коньяком. Пьяная женщина в любом виде более покладистая чем трезвая, не зря же народ приметил, что пьяная зайка, пизде не хозяйка.
— Ну хорошо, Ирочка. В таком случае я останусь у вас до утра. Я еле доехала до Москвы - снега на дорогах полно, да и мотор в моей машине барахлит. - мама Рита убрала ладонь с рюмки, больше похожей на бокал, позволяя невестке налить в неё коньяк, что та и сделала, наполнив крепким, сорокоградусным "Камю".
— Я столько не выпью, дочка. Это много для меня. – запротестовала было мама Рита, увидев перед собой полную рюмку с дорогим коньяком.
В действительности мать курила, а вот к крепким напиткам была безразлична, предпочитая сухое вино по праздникам.
— Вам придётся сделать исключение. Выпейте, мама, коньяк хорошо успокаивает нервы и тогда мы с вами обсудим ваши дела. Я же
Взрослая жизнь моего сына. Глава пятнадцатая.