годы. И у нее было четкое представление о том, что я мог чувствовать в тот момент. Моя тёща была одной из самых мудрых женщин, которых я знал, и, если бы вы перешли дорогу ее семье, это вызвало бы гнев не только Марты, но и ее сети друзей и общественных групп. У меня было такое чувство, что Кэрол и Маккензи уже несколько раз выводили её из себя.
Все её действия вели к тому, чтобы убедиться, что все дети получат питание, моя бывшая семья на мгновение вылетела у нее из головы.
— Никаких проблем, Терри, милый, делай то, что тебе нужно. Я посмотрю за детьми.
Я повернулся к своей бывшей семье и позволил своему лицу нахмуриться.
— Ради детей, которые здесь находятся, я не собираюсь говорить то, что хочу сказать прямо сейчас. Однако вы должны знать, что никому из вас здесь не рады!
Мне с трудом удавалось сохранять спокойствие в голосе, и я чуть не выплюнул эти слова. Кэрол выглядела расстроенной, но, она явно ожидала такой реакции, Маккензи же выглядела так, словно вот-вот заплачет.
Ким в этот момент подошла и встала рядом со мной. Мелоди и Хармони встали по другую сторону от меня, Мелоди схватила меня за руку, давая понять, что она рядом со мной. Теперь она знала, кто эти незваные гости, как и ее сестра Хармони, и они прекрасно представляли, что я, вероятно, чувствую.
Кэрол глубоко вздохнула и посмотрела на всех в комнате, прежде чем снова позволить своему взгляду остановиться на мне. Было время много лет назад, когда я обожал эти глаза и просто любил смотреть в них. Теперь все, что я видел, была маска боли, сожаления и печали, которая удивила меня.
— Мы знаем Терри, но нам нужно поговорить с тобой.
Дерьмо...
Вдвое больше или ничего. Часть 5
Я никогда не ожидал, что моя бывшая семья приедет в мой мир здесь, в Батерсте. Прежде всего, юридические документы требовали, чтобы Маккензи держалась от меня подальше, если она хотела получить доступ к деньгам своего целевого фонда для университета. Далее, был момент, когда обе эти женщины постоянно обвиняли меня во всех неудачах в своей жизни, хотя на самом деле они делали неправильный выбор каждый раз, когда я был рядом с ними.
Как я уже упоминал ранее, Кэрол выглядела не очень хорошо. В отличие от моих жен Мелоди и Хармони, Кэрол выглядела так, словно совсем не поддерживала форму. На ее лице были глубокие морщины, а тело уже не было таким привлекательным, как раньше. Глядя на нее сейчас, она больше походила на картофелину, чем на стройную мать лет сорока с небольшим. В целом, она выглядела как человек, который разочаровался в жизни.
В отличие от своей матери, Маккензи, моя бывшая дочь, сильно похудела. Она выглядела изможденной, ее кожа, казалось, немного свисала с ее тела, и каждое ее движение выглядело немного вынужденным или болезненным. В ней не было жизнерадостности двадцатидвухлетней девушки.
Нет, несмотря на все, что они сделали, я сомневаюсь, что кто-либо из этих женщин добровольно появился бы на моем пороге без предупреждения и не имел для этого веской причины. Судя по тому, как они выглядели, и после почти каждого разговора, который мы вели на протяжении многих лет, я подумал, что они, скорее всего, охотились за деньгами.
Последние несколько лет новый муж Кэрол и приемный отец Маккензи, Стивен Моррисон, мы называли его Придурком, сидел в тюрьме, ему дали тридцать лет после признания виновным в нападении при отягчающих обстоятельствах и покушении на убийство вашего покорного слуги. Я страстно ненавидел этого человека и понимал,
Эх, Ленка!! Севастополь. Часть 2