— Эх, парень, в рот надо было малафью спускать. И тебе приятнее и ей полезно. Моя бабка, вон, до сих пор просит, что бы я ей в рот кончал. Уж очень, говорит, на вкус нравится, - поддержал разговор самый пожилой мужчина.
— И до этого дойдёт, Иван Ильич, - усмехнулся юноша.
Всего в комнате было четверо мужчин. Когда начался этот разговор, четвёртый мужчина молча вышел в коридор. Ему не нравилось принимать участие в обсуждении подобных тем.
— А Дмитрий Степанович женатый!?! – спросил у оставшихся в комнате коллег юноша, когда захлопнулась дверь.
— Конечно. Видел бы ты его жену. Буфера ого-го!!! – тихим голосом ответил парню начавший разговор мужчина.
— А я думал, что он старый бобыль. Никогда не слышал, что бы он про баб говорил, - так же тихо высказал своё предположение парень.
— Не любит он попусту языком трепать. Хотя, говорят, что у нас в конторе половина баб под ним лежало, - усмехнулся Геннадий.
— Мало ли что говорят, ты то не будь треплом, если не знаешь фактов, - успел проговорить Иван Ильич, как в кабинет зашёл Дмитрий Степанович.
Трое переглянулись молча и продолжили свою работу, уткнувшись в документацию.
Действительно, коллеги часто обсуждали Дмитрия, приписывая ему в любовницы очередных сотрудниц. В первую очередь распространению слухов способствовало то, как обращался к женщинам Дмитрий. Он всегда называл своих коллег по работе Оленьками и Катеньками. В случае же с дамами более солидного возраста, вежливый Дмитрий легко и свободно произносил полностью их отчества, глядя им прямо в глаза. Что не могли произнести другие мужчины коллектива, называя своих женщин-коллег Сергевнами и Алексевнами. Во-вторых, у мужчин, являющихся свидетелями разговоров Дмитрия с женщинами-коллегами, почти всегда складывалось впечатление, что ещё несколькими днями раньше, эта красотка скакала на его члене, доставляя обоим удовольствие. Женщины всегда так мило улыбались Дмитрию и строили глазки, что мужчинам-коллегам с огромной фантазией всё было очевидным. Впрочем, не зря говорят, у кого что болит, тот о том и говорит.
На самом же деле, в жизни Дмитрия было всего две женщины, в буквальном смысле слова. Это были его любимые мама и жена. Причём первой женщиной была именно мама.
Около тридцати лет назад, когда Дмитрий был совсем юным и несмышлёным пацаном, собираясь с соседскими мальчишками в разных укромных местах, где их не могли застукать взрослые, Димка с ребятами часто обсуждали девчонок-одноклассниц. Не ускользали от этого и другие родственницы. Когда Димка слушал рассказы ребят, как они подсматривали за мамами и сёстрами, ему даже не верилось, что они могли такое подсмотреть.
Подсматривать же за своей мамой, Димка не решался. Конечно, мамину грудь он видел постоянно – мама не любила носить дома бюстгальтер. Работая летом в огороде, ей очень мешал этот «хомут», как выражалась мама. Были случаи, когда мама, находясь в одной комнате с сыном, скидывала халат и надевала ночнушку. Димка мог без труда разглядеть голую попку мамы.
Димку очень заинтересовывали истории ребят, когда они говорили, что видели у своих мам волосики, что располагались между их ног. Вот с этим дела обстояли у Димки немного сложнее. Димка знал, что его мама иногда дома ходит и без трусов, но как заглянуть ей под подол халата, мальчишка не мог придумать. На помощь пришёл случай, с которого всё и началось.
Однажды, Димка с мамой пололи в огороде грядки. Сын с удовольствием помогал матери, не отступая от неё ни на шаг. Проворно собирая за мамой сорванную траву, Димка постоянно наблюдал за тем, как её белые трусы то и дело представали
Спящая красавица (полная версия) часть 2