— Детка, хочешь что-нибудь попить из кухни, я пойду принесу воды, — услышал я, как мама сказала отцу.
— Нет, спасибо, милая, — услышал я ответ отца, — но разве ты не собираешься что-нибудь надеть? — спросил он.
— Нет, я просто пойду на кухню на секундочку, — ответила она.
— Но что, если кто-нибудь из детей спустится? — продолжал отец.
— Ну... увидят они меня голой, — ответила она, — какая разница?
Мой отец ничего не ответил, насколько я слышал, но я бы на его месте не стал сильно давить, не вижу смысла жаловаться на то, что твоя красивая женушка хочет ходить голой.
Я постарался сделать вид, что не подслушивал, и пошел на кухню, услышав шаги мачехи. Я вошел на кухню и был одарен видом сексуальной упругой попки моей мамы, пока она наливала себе воду. Она повернулась, услышав мои шаги на кухне, и улыбнулась мне своей обычной улыбкой, не говоря ни слова и давая мне возможность увидеть ее прекрасные груди и киску, ее золотистый кустик был немного более заросший, чем в предыдущий раз, когда я видел ее обнаженной. Я взял стакан, налил себе воды и молча выпил, украдкой поглядывая на ее невероятное нагое тело, после чего поставил стакан в раковину и поднялся обратно к себе наверх, не сказав ни слова.
Я продолжал видеть ее обнаженной каждые пару дней. Иногда только мельком, например, когда она заходила в прачечную, а потом быстро возвращалась в свою комнату, а иногда она ходила по дому, наводила порядок на кухне или разносила белье, наслаждаясь свободой быть нагой и не заботясь о том, видим ли ее, Сэм или я. Возможно, ей даже нравилось, когда мы видели ее, демонстрируя нам свое эффектное обнаженное тело.
*****
Мы с Сэм продолжали нашу негласную игру: вид обнаженной мамы каждые пару дней в дополнение к ежедневному шоу сестры делал меня постоянно возбужденным.
Я уверен, что на Сэм это тоже подействовало, и новое правило о прикосновениях, которое мы добавили, становилось все смелее по мере того, как нам становилось комфортнее друг с другом. Вначале мы лишь слегка прикасались друг к другу, но постепенно количество прикосновений увеличивалось и начинало переходить в качество.
Сэм теперь сжимала мою задницу, играла с моими яйцами и гладила мой член, который я с таким энтузиазмом делал для неё стоячим.
Я, в свою очередь, ласкал ее грудь, щипал за соски и ласкал ее щель пальчиками, вызывая у нее тихие стоны.
*****
Однажды, увидев за несколько минут до этого, как мама моет посуду голой, я совершил самый экстремальный до сих пор поступок. Когда Сэм выходила из душа в ожидании своего ежедневного "угощения", я протянул средний палец и, когда она стояла рядом со мной, медленно ввел его в ее теплую тугую щелку, проводя пальцем по ней, когда она издала низкий, полный удовольствия стон, закрыв глаза, и едва смогла дойти до своей комнаты.
С ощущением ее теплой киски и ее аромата, все еще "излучаемого" моим пальцем, я быстро вошел в ванную, разделся и омыл себя теплой водой. Мой член был тверд как камень, и я помастурбировал, вызвав недавние образы и вдыхая ее запах со свободной руки.
Я кончил быстро и сильно. После этого я продолжал стоять в горячей воде, пытаясь успокоиться от того, что я только что сделал со своей сводной сестрой. Я не мог выбросить из головы её образ и её стон, когда я ласкал ее пальцами, и это сводило меня с ума.
Я знал, что то, чем мы занимались, было непристойно, но то, что я только что сделал
И такое в жизни бывает.1