пизде Моники. — Ммм, как же там тесно! У него действительно огромный, не так ли? Думаю, я не могу винить тебя за то, что ты трахалась с моим сыном, пока ждала моего возвращения домой. Зачем ты хотела меня увидеть, Моника?
Моника была слишком потрясена и напугана, чтобы ответить, но она завизжала, когда Элисон внезапно опустилась на колени и раздвинула ее задние щечки, обнажив розовую дырочку ануса Моники.
— Боже, Боже, Боже! — мурлыкала Элисон, поглядывая на Пола. — У твоей матери красивая маленькая срака, не так ли? Скажи мне, Пол, милый, что тебе больше нравится ебать у твоей матери — жопу или пизду?
— Да как ты смеешь! — зашипела Моника. Ее щеки вспыхнули пунцовым румянцем. — Как ты можешь говорить такие ужасные вещи о Поле и…
— Потому что Пол сам сказал мне, — промурлыкала Элисон. — Я заставила его рассказать мне, Моника. Я заехала за Полом сегодня по дороге из школы. Я не позволила ему выебать меня, пока он не рассказал мне все о тебе. Но я бы все равно догадалась. У меня было ужасно сильное подозрение, что в тебе на самом деле скрывается похотливая сучка.
Моника посмотрела на Пола, и выражение лица ее сына сказало ей, что это правда. Он все рассказал Элисон. 'О, как это ужасно!' — с досадой подумала Моника. Перед глазами заплясали ужасные видения тюремных камер и газетных заголовков. Элисон расскажет всем. Весь мир узнает, что она занималась сексом с собственным сыном.
— Тебе не стоит беспокоиться, Моника, — промурлыкала Элисон. — Разве ты еще не догадалась? Рэнди тоже трахает меня!
Не дожидаясь ответа, Элисон внезапно опустила голову к обнаженной попке Моники, заставив ее вскрикнуть, когда та почувствовала, как что-то горячее и влажное коснулось её ануса. Это был язык Элисон! Моника беспомощно извивалась на хуе Рэнди, пытаясь отстраниться от горячего, влажного языка, ласкающего ее тугой анальный сфинктер.
— Нет-нет, прекрати! — визжала она. Но ее извивающиеся движения только заставили ее киску еще сильнее присосаться к хую Рэнди. — Как ты можешь так делать? Не лижи мою задницу… нет!
— Вот! …. Теперь она готовая и мокрая! — Элисон подняла голову, облизывая губы, похоже, наслаждаясь вкусом заднего прохода Моники. — Теперь ты можешь трахнуть свою мать в жопу, Пол. Давай, милый. Ты сам говорил мне, как твоя мама любит большой, твердый хуй в своей сраке!
Моника в ужасе завизжала, с отчаянием глядя на своего сына. Потом она увидела, что Пол уже снял с себя всю одежду. Огромный хуй парня пульсировал перед ним, когда он пересекал комнату, развратно ухмыляясь при мысли о том, как будет входить в тугую, горячую задницу своей мамы на глазах у Элисон и Рэнди. Моника с недоверием смотрела на сына, когда Пол сжал хуй в кулаке, нацеливая толстый, набухший кончик на непристойно выставленную попку матери.
— Нет, Пол! — прошептала Моника, пытаясь встретиться с ним глазами. — Нет, не трахай мамину попку вот так… не здесь… не на глазах у всех.
— Давай, мам! Тебе это понравится, — прошептал Пол. — Разверни её, Рэнди!
Рэнди лёг под голую блондинку на спину вдоль дивана, его огромный хуй все еще был в ее пизде. Затем, широко ухмыляясь, он протянул руки и схватил Монику за полужопия, широко раздвинув их для своего друга. Пол присоединился к ним на диване, зашел к матери с тыла, уперся кончиком хуя в ее плотно сжатую заднюю дырочку.
— Унггххх! О, Пол! Пожалуйста, только не сейчас, когда они смотрят! Пожалуйста, не трахай сейчас мамину попку,
Познакомила с коллегой 2