вдруг неожиданно накатила тошнота. Как оказалось это были первые признаки морской болезни. Но тогда я подумал, что надо просто выпить побольше алкоголя. В результате я очень слабо помнил остаток вечера. Очнулся. Голова трещит. Лежу на жесткой кровати. Скрипит дико. Ничего не помню. Нет сил пошевелиться. Мутит и все ходит ходуном. Рядом вздохи и стоны. Горячее дыхание чувствую на своей щеке. Кто это? С трудом открываю глаза. Все плывет. В полутьме вижу перед собой лицо сестры. Потное измученное словно в лихорадке. Она прерывисто дышит. Рядом. Глаза закрыты. Спит. Ее голова елозит по подушке туда и сюда, как будто у нее ночной кошмар или она бредит во сне. А может просто кто-то теребит ее за плечо, пытаясь разбудить? Долго толкает. Она стонет. Что-то темное склонилось над ее лицом. Волосатые пальцы обхватили ее скулы и поворачивают лицо ко мне боком. Чья то морда толстая и потная впивается ей в губы. Долго сосет ритмично содрогаясь. Потом хрипит и бьется в судорогах. Тишина. Кровать застыла. Темная фигура отходит от кровати. Новая тень. Кровать прогнулась.
Новый приступ тошноты и я забываюсь в ночном кошмаре. Потом сквозь туман слышу возню и шепот. «Нет... не могу больше... хватит... мне так больно... осторожно... не надо вдвоем сразу... тише, он проснется...». Скрип кровати и звуки слюнявых поцелуев. Копошение. Потом быстрые, очень быстрые движения в конце. Хрипы и стоны. Тишина. И все повторяется с начала. Сколько их было сегодня ночью? Долгие скрипы. Долгие стоны и качания каюты.
Утро туманное. Нинка в помятой юбке и топике сидит на кровати возле меня и сочувственно – виновато глядит мне в глаза. Лицо припухшее извиняющееся. Взрыв смеха мужских голосов из соседней каюты. «Я не знаю, ты спал пьяный или больной. А они меня не отпускали и насиловали всю ночь прямо на нашей кровати рядом с тобой. Я не хотела, но они настаивали. Я держала тебя за руку. Ты был не в себе. Мне было больно и противно от их спермы и слюней. У меня были оргазмы. Особенно когда их было двое одновременно. Сначала были офицеры. Потом им надоело, и они стали приглашать матросов. Брали с них деньги. Оставили часть нам. Говорят, мы еще не скоро вернемся в наш порт» Она тянет мне пачку замусоленных банкнот. Зачем мне все это знать?
Снова тошнота и головокружение. Пью какую-то жидкость. Не помогает. Пробую уснуть. Лицо сестры все более и более измученное. Все ее тело в синяках и ссадинах. Какие-то пьяные матросы ее лапают среди бела дня пока она сидит рядом со мной. Валят ее на кровать тут же и долго, долго ее насилуют по очереди или одновременно. Один матрос, другой, третий. Я сбился со счета. За спиной у склонившегося мужчины я вижу очередь из других. Все это у меня на глазах. Но нет сил встать и остановить их. Она уже измучена и устала. Дайте ей хоть день отдохнуть. Новые матросы. Сколько же их на корабле? Несколько членов у нее во рту. Стараюсь взглянуть вниз. Там тоже несколько членов между ее ног. Все какие-то огромадные и с татуировками. Иногда она все же кончает и громко стонет, извиваясь на членах матросов. Те входят в раж и все каюта шатается. Вся простыня мокрая от спермы. Сколько из было сегодня? Наверно уже весь экипаж эсминца побывал в нашей каюте. Привиделось ли мне лицо главного механика или это мой бред.
Кажется, Нинка пытается сделать мне минет. У меня не стоит. Голова кружится. И тошнота. Сколько дней мы
Разноцветная бабочка (Продолжение истории "Рабыня страсти")