— Полагаю, ты можешь войти, — сказала она, махнув ему рукой.
Алистер последовал за ним, потирая пульсирующую голову. Она повела его в свою каюту. Обычная комната со скромной койкой, столом, заваленным бумагами, и старым компьютером.
Деви, подумал Алистер, закрывая дверь. Индийского происхождения, хотя и из низшей касты. Он знал больше из ее прошлого, чем большинство. Как во время раскола с Пакистаном она отправилась в долгий поход. Как однажды ночью она и другие были захвачены работорговцами. Это была ужасная правда о пронизанном боями периоде, но они недооценили свирепую молодую женщину. Как только у нее появился нож, она дала понять своим похитителям, что их путь ошибочен. Наградой был их корабль и то, что осталось от их товаров, но она сделала слишком много плохого, чтобы вернуться к жизни деревенской девушки. С кровью его бывших владельцев, все еще на ее руках, она села на корабль и стала контрабандисткой и наемницей. Сочетание свирепой хитрости, безрассудной храбрости и проницательного делового чутья обеспечило ей власть и богатство.
Такой была женщина, которая плюхнулась на койку, скрестив ноги и прислонившись к переборке. Она посмотрела на Алистера как будто издалека своими странными, почти серебряными глазами. — Ну, какой сюрприз. Я не ожидала увидеть тебя снова. Особенно после того, что ты сделал в Сараево.
— Честно говоря, — сказал Алистер, — ты предупредила этих наемников. И, могу добавить, ты сбежала с золотом.
Она улыбнулась. Свирепый, хитрый и совершенно не раскаивающийся взгляд. Она откинулась назад, как кошка, игривая со своей добычей. — Верно. Но они заплатили мне вдвое больше. Сними эту дурацкую маскировку. Я хочу тебя видеть.
Алистер пожала плечами, стирая охристый макияж. Он расправил плечи и выпрямился, выходя из образа. С небольшими изменениями он превратился в человека, который всего лишь на днях был официантом в парижской пекарне.
Ее глаза впились в него. Что-то мерцало глубоко в этих лужах.
— Вот оно, — сказала она с одобрением. — Ты же знаешь, я ненавижу эти вещи.
— Я не хотел компрометировать тебя, — сказал он.
— Это правда? — спросила она. Она немного выпрямилась. — Ты чувствовал то же самое, когда дал мне тот нож в трюме судна работорговцев?
— С тех пор ты хорошо справлялась сама, — сказал он.
Она засмеялась и указала на каюту. — Верно. Посмотри на меня сейчас! Хозяйка моих собственных кораблей. Контрабандист в моем собственном праве. Наемница, преступница, разыскиваемая дюжиной правительств. Кто бы мог подумать, что эта трясущаяся беспризорница сейчас будет здесь.
— В тебе всегда была сталь, — искренне сказал Алистер.
Деви усмехнулась, ее глаза заблестели, погруженные в воспоминания о темных днях. Она села, пристально глядя на него. — Может быть. Но ты пришел не для того, чтобы вспоминать мое мрачное прошлое. Чего ты хочешь, Алистер.
Алистер выудил фотографию из кармана и передал ей. — Выглядит знакомо?
Она по-деловому осмотрела ее и покачала головой. — Я его не видела.
— Он будет на рынке сегодня вечером. Мне нужно туда пройти.
Она взглянула на него, мелькнула усмешка. — Ой? Хочешь сорвать вечеринку? Могут быть проблемы с чем-то подобным.
— Ты всегда находишь способ извлечь из этого выгоду, — сказал он.
— Верно, — усмехнулась она, возвращая ему фотографию. — Итак, ты хочешь пройти. Я полагаю, ты догадался, где это. Но что-то подобное далеко не бесплатно.
— Золота, которое ты у меня отняла, недостаточно?
— Оно мое, это честно и справедливо.
— Едва ли справедливо, — проворчал Алистер.
— Может быть... — Она посмотрела на него, внимательно осмотрела. — Кто ты сейчас, Алистер?
подражание