Категории: Зрелые | Минет
Добавлен: 17.03.2022 в 12:00
чтобы тебя лишиться! Наливай ещё конячка.
– Да здесь осталось то всего ничего, не получится тебе сегодня напиться.
– Ха! Ты меня плохо знаешь! У меня в кладовке целый ящик армянского коньяка. Надеюсь, ты не гурман, и не пьешь никакого, кроме французского?
– Нет, Олюшка, я не гурман, пью всё, что горит!
– Так ты что, алкаш? – она внимательно посмотрела на меня.
– Да, ты угадала, но я особенный алкаш. Я придерживаюсь учения японского философа Ясами Это.
– Никогда не слышала этого имени. Фильмы Куросавы смотрела, Акутагаву читала, а про этого первый раз слышу. Средневековье, наверное?
– Нет, современный философ.
– Ну и что же наш современник говорит о пьянстве и алкоголизме?
– Я могу, конечно, пересказать своими словами, но лучше найду в сети, и прочитаю.
«Как то один ученик спросили сэнсэя Ясами Это:
– Это-сан! Вы с утра до вечера пьете сакэ, но, никто ни разу не видел, чтобы Вы не могли одеть гэта? В чем заключается Ваш секрет?
– Видишь ли, Сиура-кохай, никакого секрета у меня нет! Я пью много сакэ но не пьянею потому, что в моей голове два Ясами.
– Один торопит и говорит: «выпей поскорее ещё! Тебе сейчас хорошо, а будет еще лучше!»
– Другой ему отвечает: «погоди, я испытываю приятные чувства еще от предпоследней чарки! Та, что предлагаешь мне выпить ты – пока лишняя!»
– Я всегда соглашаюсь с мнением второго!
(«Жизнь и учение японского философа Ясами Это, записанная его учеником Кору Мушаки – кохаем». Перевод с японского.
– А теперь переведи с японского на язык простого советского бухгалтера.
– Олечка, в переводе это означает, что я не пью, чтобы усилить кайф, а следую за кайфом.
– Заумно, как-то, Шурик!
Часть 4.
– Оля, давай просто полежим, послушаем музыку! У тебя есть записи французского шансона? Кстати, ты когда-нибудь учила французский?
– Никогда! Но, очень хотела, с детства мечтала понимать, о чем поют Эдит Пиаф, Мирей Матье, Азнавур, Адамо, освоить это чарующее произношение, особенно их «эрр»! Как воспомню, какие эмоции в юности испытывала, танцуя под их песни, под задушевную французскую музыку. На школьных вечерах, помню, ждала, когда объявят «белый танец» и я приглашу мальчика, о котором думала последние дни, но, его успевали пригласить другие, более красивые.
– Я думаю, что не более красивые, а более активные, безалаберные, что ли. А ты просто медлила, стеснялась. Почему ты всё время подчеркиваешь, что не красивая? Красота – понятие относительное. Помнишь, в нашей юности Поноровская пела:
«Никто не приглашает на танцы
Никто не провожает до домa...»
Я стал тихонько напевать, и Оля, вспомнив подпела мне своим хорошеньким голосом:
«Смешную угловатую девчонку
Тихоню и не модную совсем».
Мы пели, и теснее прижимались телами друг к другу. Я ощущал в эту минуту единство наших тел и душ.
«Ну как вам не понятно ребята
Что красота лишь внешне приятна
Не могут быть на свете все красивыми
А счастье почему-то нужно всем
Не заменит внешность губ неярких нежность
Маленького сердца большую доброту
Преданность и верность не заменит внешность
Только вот не каждый видит эту, эту красоту!
Мы посмотрели друг на друга и потянулись навстречу губами. Она, почему-то заплакала и это было так мило видеть.
– Пожалуй, ты правильно понял моё состояние. Конечно я и не была совсем уж дурнушкой, но меня никто из парней не замечал, когда рядом были мои подружки, и я, дура, решила, что это они виноваты в том, что на меня не обращают внимание, и порвала все связи с ними. Думала, что мой принц придет, увидит меня, одиноко стоящую в сторонке. Ну, прямо как дальше в этой песне:
романтика секса