Она не была утонченной или совершенной, но, черт возьми, ей и не нужно было быть такой.
Девочки... у девушек совершенно другой набор эректоров, и это видно. Снять девушку с первого раза чертовски сложно. Там есть всевозможные шаги и кнопки, и все они работают по-разному. Если девушка никогда раньше не кончала сама? Если она даже не может сказать тебе, чего она хочет? Забудь это. Это все равно что построить Ламборджини. С нуля. Без инструкций.
Я сделал все, что мог. Ее клитор казался готовым к действию, поэтому я использовал большой палец и начал тереть.
— О! — воскликнула Кристен, — О!. О Боже!
В этот момент я услышал, как Эмма начала кричать.
— Да! О, БЛЯДЬ! Вот оно! Там. Это. Есть!
Я рискнул оглянуться и увидел, как моя младшая сестренка напряглась и перевернулась на бок, ее рука все еще была зажата между ног.
— Да ну нахуй, нахуй, нахуй, — она рыдала.
Я снова обратил свое внимание на Кристен.
— Помоги, — сказала она, нуждаясь. Полная желания и, ох, как напуганная.
— Немного полегче, — сказал я ей.
— Чуть сильнее, — сказала она мне.
Я сильнее надавил на ее клитор.
— Нет, нет, не медленнее, — сказал я, — просто... ослабь... Да. Вот оно. У тебя получилось. —
— Твой член такой... такой теплый. Такой твердый. Такой мягкий. —
— Тебе нравится? —
— Это охуенно. —
Я был так потрясен, что чуть не выпустил ее клитор. Она улыбнулась мне, большая и смелая, с ярко-голубыми глазами и сияющими белыми зубами. Где пряталась эта Кристен?
— Твоя... твоя киска тоже потрясающая.
Кристен улыбнулась, затем слегка наклонилась вперед. Я снова положил большой палец на клитор Кристен, затем опустил пальцы вниз и поместил указательный палец в ее вульву.
— Быстрее, — сказала она.
Я начал двигать пальцем внутрь и наружу.
— Сильнее.
Я добавил еще один палец. Ее маленькая писечка казалась теперь еще более тугой. Рот, сосущий жестко и голодно. В этот момент она могла бы потянуть очень густой молочный коктейль через соломинку до шейки матки.
Я скрестил пальцы вверх. Пусть они немного поищут. Это убрало мой большой палец с ее клитора. Кристен вцепилась в мой член так сильно, как только могла, потянувшись к перилам, прежде чем упасть с лестницы.
Я поднял свободную руку и снова начал тереть ее клитор. Кристен немного ослабила хватку. Я провел пальцами по стенкам ее влагалища. Охота.
— О, — сказала Кристен. Ее красивые, ловкие руки перестали качать.
— Продолжай, — сказал я.
— Угу.
Вот оно что было. Губчатый маленький квадрат, из которого исходит все добро.
Я начал тереть взад и вперед ее точку G. Вовремя подвигал большим пальцем по ее клитору. Зажал ее пуговицу между пальцами. Я наконец-то понял, как заставить Кристен играть на инструменте. А теперь? Теперь я собирался, блядь, затормозить.
Теперь Кристен дрожала. Задыхающаяся. Она не могла удержать свой ритм на моем члене. Больше было похоже на то, чтобы самой держаться изо всех сил.
— О, БЛЯДЬ! — воскликнула Кристен, — Продолжай... Продолжай тереть. Быстрее. Быстрее. Как это. О... о, что-то такое... О боже, я думаю, что могла бы...
Затем внезапно она остановилась, словно застыв на месте. Она посмотрела на меня снизу вверх, ярко-голубые глаза сияли сквозь золотые водопады красивых светлых, сияющих волос.
— Я хочу, чтобы ты кончил, — сказала она мне, — МНЕ НУЖНО, ЧТОБЫ ТЫ КОНЧИЛ. —
— Хорошо, — сказал я, не останавливаясь, — Но сначала ты.
Она мгновение смотрела на меня. Улыбнулась как-то застенчиво.
Пора платить