всего того, что я увидел мне, нестерпимо захотелось уединиться и я, проскользнув в туалет, закрылся там.
Моё воображение живо нарисовало образы моей развратной мамы и я, непроизвольно отогнув резинку трико, вынул наружу мой сильно напряжённый хуй.
Обхватив его всей кистью руки и зажав в кулаке, я сделал одно, затем второе движение и, в этот же момент длинные, толстые струи малафьи выстрелив из разреза залупы, упруго ударили в стенку унитаза.
— Я кончил....... я кончил на тебя развратная сучка, - с вожделением подумал я, всё ещё продолжая мять и тискать свой напряжённый ствол.
После того, что я увидел на фотографиях, моё мнение о маме изменилось.
Теперь я смотрел на неё совершенно по-другому и имел совершенно иную перспективу. Её образы не выходили у меня из головы, её красивое холёное тело, титьки, волосатая пизда, возбуждали меня на полную катушку. От этого мой член приходил в сильное возбуждение, и я дрочил его, где бы это ни происходило. Мои мысли и фантазии во время дрочки теперь вращались вокруг моей матери, и однажды я поймал себя на том, что хочу её выебать. Эта мысль внезапно появилась в моём сознании и с каждым разом становилась всё сильнее. Очень скоро она стала главной мыслью, и я почувствовал потребность в этом.
— Как это осуществить, что сделать, как реализовать свои желания? - думал я, и эти вопросы не давали мне покоя.
Они не находили способа реализации, поэтому исчезали так же, как и появлялись, но затем появлялись вновь. И тут в памяти всплыли доверительные отношения с дядей Мишей, которые могли бы мне в этом помочь. Но сразу возникли другие вопросы, не менее важные, как рассказать ему об этом и сможет ли он правильно меня понять?
— Об этом я смогу узнать, только после того, как раскрою ему свои планы, - подумал я, - Поэтому нужно сделать это немедленно, чтобы двигаться дальше.
После недолгих колебаний я решил открыться ему.
Уверенности мне придавало то, что дядя Миша вёл себя как корректно и не выдавал наших более тесных взаимоотношений, и это укрепляло моё доверие к нему.
Однажды, когда у нас снова появилась возможность остаться с ним наедине, в отсутствие моей матери, он снова предложил мне посмотреть фотографии.
Я не отказался.
Более того, я очень ждал этого момента, потому что именно во время нашего уединения и просмотра фотографий голой матери, я хотел рассказать ему о своём желании. Это был, пожалуй, самый подходящий момент для такого разговора....
Но всё произошло гораздо проще, чем я ожидал.
Я рассматривал очередную фотку, где дядя Миша насадил мою маму на свой кукан, как он вдруг спросил:
— Нравится?
Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой на лице, ожидая моего ответа.
— Конечно, нравится.....
После нашего доверительного общения я больше не испытывал той скованности, которую ощущал раньше. Теперь я чувствовал себя гораздо спокойнее и увереннее, хотя остаточная застенчивость всё ещё сохранялась во мне.
Дядя Миша помолчал минуту.
— Хочешь трахнуть её?
Он посмотрел на меня с хитрым прищуром, наблюдая за моей реакцией.
Казалось бы, всё, что я хотел сказать дяде Мише, он сказал за меня, но всё же его прямой вопрос ввёл меня в лёгкий ступор....
— Ну, так что, хочешь? – повторил он вопрос.
— Хочу...
Я почувствовал, как моё лицо вспыхнуло огнём от такого уверенного и утвердительного ответа.
— Ну-ну, не волнуйся, - успокаивающе сказал дядя Миша, - Всё будет хорошо..... Просто будь готов, я скажу тебе, когда это можно будет осуществить...
— Хорошо, - ответил я, а про себя подумал, - Я всегда готов к этому....
Новогодние подарки. Часть 2