Ночь я провел в мучениях, как и всегда. Мой член так и не свыкся с отсутствием свободы, особенно ночью. Из кончика катетера текла смазка, она тянулась длинной тонкой нитью, стоило мне было оттянуть белье в сторону. Утро началось с холодного душа, затем я снова пытался угомонить эрекцию, вдруг раздался звонок. Меня вызвали к Александре. Она хитро улыбалась, ее ноги были раздвинуты, приглашая меня под ее юбку из брючной ткани. «Давай, ты знаешь, что делать» сказала она мне с легкой ухмылкой, «но сначала, давай наденем это». Она достала из ящика стола емкость, такую же что и в тот раз, прикрутила к катетеру на моем поясе верности, затем жестом приказала лизать ей, прижав мое лицо к пахнущей духами бритой киске. Я лизал ее половые губы, посасывал ее клитор, проникал внутрь языком, ее ноги то и дело сжимались и раздвигались, мне на лицо текли ее соки, в емкость на моем поясе верности капала смазка, кстати судя по ощущениям баночка была под слабым вакуумом, как пробирка для крови.
Около одиннадцати часов утра в кабинет кто-то вошел. Судя по голосу, это была девушка. Она подошла к Александре и сказала «можем идти, все готово». Александра поблагодарила ее, и сказала, что сейчас подойдет. Девушка вышла из кабинета, я встал. «Ну что же, сегодня будешь сопровождать меня, емкость сниму в конце дня, мне нужна еще твоя смазка.» Властно сказала Александра. Я ничего не ответил, лишь кивнул. Мы вышли в коридор, никого не было. Нам нужно было пройти на съёмочную площадку. Мы шли вдвоем по пустому коридору, спускались по лестницам, емкость для смазки не прибавляла удобства в ходьбе, но я старался не отставать от госпожи. Вскоре мы пришли в большой павильон, который был разграничен различными перегородками и декорациями. Целый день мы наблюдали за съемками, от вида сцен член стоял колом, причиняя сильную боль. Вот в гинекологическом кабинете медсестры забавлялись с инвентарем, вставляя друг в друга расширители, катетеры, спринцовки, ставили друг другу клизмы, затем одна медсестра села в гинекологическое кресло, ее напарница начала вылизывать ее, предварительно накачав ее киску помпой. В другом конце павильона в декорациях подземелья властного вида женщина лет тридцати в костюме монахини пытала нагую девушку лет девятнадцати или двадцати, шлепая ее флоггером, насилуя фаллоимитатором, кроме этого заливала ее водой по горло, опуская ее лицо в воду, капала расплавленный воск на соски, живот и лобок бедняжки. Также было и нечто вроде космического корабля, где две девушки доили член парня с помощью специальной машины с вакуумной колбой, прижав его яйца тисками. Самое странное что за весь день я не увидел Олеси, ведь обычно она является ответственной за съемки.
В конце дня, когда мы шли обратно в кабинет, Александра вдруг вошла в дверь, которая была похожа на технический вход на лестницу или что-то вроде того, я пошел за ней. Какого же было мое удивление, когда я увидел посреди небольшой подсобки большую, размером с человека цистерну, а внутри нее была Олеся, на ней была кислородная маска, трубка от катетера из ее пояса верности шла куда то наружу, а под сам пояс шли провода, она заметила нас, ее взгляд был испуган, я не знал что сказать, но вместо меня заговорила Александра. «Я решила добавить в съемки немного экзотики и как хорошо, что Олеся согласилась быть добровольцем в тестировании нашего изобретения». Я не знал, что делать, сказать слово поперек Александре, навлечь проблем на себя и Олесю, но и молчать не позволил мой внутренний голос,
переломный уикенд полное издание