слышался вой ветра, а на фоне скрип работающей машины. Электричество отключили. Передавали грозу.
— Влажно. От влаги у меня вьются волосы.
Мишель приголубила бокал вина. Сидела в массивном кожаном кресле и смотрела в окно. Засияла молния.
— Я люблю дождь, - отказала Регина, - чувствуется странная атмосфера. Интимная. В такое время, хочется сидеть в кафе, есть пиццу с сыром и пить газировку. Приятные воспоминания из детства.
— Да... Приятные.
Подруги сидели на кухне и выпивали. Рядом стояла почти убитая бутылка вина из Франции, года так девяносто третьего и недоеденный бри. В полумраке чувствовалась особая атмосфера. Горели свечи, шипели ароматические травы и только звук работающей секс машины нарушал идиллию.
Мишель была одета в кожаный корсет, что плотно облегал широкую бледную спину, чулки, сапоги на массивном каблуке и черные перчатки. Белоснежное каре было собрано в хвост. Уста дамы подводила пепельно-черная помада, а ресницы тушь- темная, будто опал. На коленях лежал хлыст, а в руке бокал красного вина.
Регина сидела напротив. Она раскинулась на диване будто доминантная самка шимпанзе. Смуглая арабка была нагой, только узкое бикини скрывало мясистые коричневые соски, огрубевшие от гормонов и постоянного ношения золотых колец, пирсинга, что отягощал молочные железы и делал плоть жестче. Черная грива волос стелилась на подушке, а в руке дама держала бокал и постукивала по нему ноготками.
Ударил гром.
Регина улыбнулась.
— Обожаю подобную погоду. Интимно.
— Что-то я стала много пить, - сказала Мишель, - третья бутылка вина за неделю. Пристрастилась. Правда, повод есть. Как-то... Приехал спонсор из Франции и подарил бутылочку вина... Не разбираюсь в марках. Но было вкусно. Распивала по поводу контракта с федерацией по плаванию. Еще пила с одним владельцем спортзала.
— Все равно много. Всегда найдешь причину.
— Мы обе не без греха, ты, насколько знаю, любишь принимать цветные таблеточки. Стероиды.
Регина кивнула.
— Люблю. И что?
— Разве не боишься повредить организм?
— Боюсь, - ответила женщина, - жить тоже опасно. Боятся жить?
Мишель ухмыльнулась. Когда плавчиха улыбалась, особенно выделялась родинка над ее устами.
— Я хочу победить, - продолжила арабка, - занять место в федерации бодибилдинга и заключить контракт на рекламу. Это даст много денег. Не всю жизнь ведь снимать порно, правильно? Хотя, по правде, процесс мне нравиться. Секс на камеру приносит определенное удовольствие.
— Я сама бросила соревнование, когда предложили раздвинуть ноги ради первого места. Плюнула жюри в лицо.
— Жестко.
— Да. Я не позволю быть кому-то сверху. Скажем, - Мишель выпила, - если бы жюри попросил его избить или изнасиловать, еще ничего, но давать себя лапать... Никогда.
— Было хоть раз стоящее предложение?
— Да. Стать моделью для БДСМ журнала.
Мишель допила, разлила остатки в бокалы и пошла за новой бутылкой. В этот раз взяла светлое. Налила себе. Регина отказалась.
— С меня хватит алкоголя.
— Какие у тебя планы на Клару?- спросила резко домина, - поматросить и бросить или будешь вставлять зубки в малышку до последнего?
Регина не ответила. Она прислушивалась к работе секс машины, как та насилует их подопечную. Слышались приглушенные стоны из другой комнаты и глухие хлопки.
— Хочу снимать фильмы, - сказала наконец бодибилдерша, - много разных фильмов. Не более. Отношения с ней не интересны. Я поняла недавно, что хочу привязать Клару к себе и сделать нашей подругой, но не собираюсь пускать глубоко в жизнь.
— Мне казалось, у вас были чувства.
— Хах, - та усмехнулась, - к ней? Этот сисси пидор мне понравился только сахарной задницей и покорностью. Мне гордость не позволяет быть с таким человеком.
Глаза Мишель опасно заиграли. В них разгорелся интерес.
Первый раз - втроем