на шее девочки и закусила ее будто кошка, а после, зажала сосочки рабыни острыми коготками.
Цепь зазвенела.
Невольно Клара заметила разницу стиля- золотые кольца на сосках Регины, чья кожа напоминала шоколад и серебренная цепочка на грудях Мишель, что была бледной, с платиновым каре. Две противоположности столкнулись вместе и слились в единую силу.
«А разве мир- не борьба противоположностей?»
Мишель подняла таз и насадилась на стручок, после стала скакать. Слышались хлопки, хлюпание, брызгали соки, а госпожа напоминала всадницу на коне. Она буквально скакала на пенисе и издавала сдавленные стоны.
После женщина махнула рукой. Острые ногти полоснули Клару по груди, миновав крупный, налитый возбуждением сосок. Брызнула кровь.
— Как я хочу тебя, моя маленькая сисси шлюшка!
Снова хлопок. Мишель насадилась на пенис во всю длину, а после подняла бокал.
— За нас троих. За БДСМ. За оргию. За твою кастрацию, Клара.
Дама выпила вина и снова задвигала тазом.
— Когда ты кончишь, малышка, я дам тебе виагру. Ты будешь моей игрушкой минимум на час, я хочу использовать твое тело по максимуму.
Их глаза встретились. И тут Мишель прошептала:
— А может, мне дать себя оплодотворить?
— Что?
— Что?- удивилась уже Регина, - ты в своем уме?!
— А почему и нет? Чтобы маленький жалкий членик Клары сделал мне малыша. Разве это не возбуждает? Разве это не привлечет подписчиков?
Доминатрикс взяла телефон и улыбнулась.
— Наша девочка окупается. За одну трансляцию мы собрали три тысячи долларов донатов. Всего за пару часов времени и истязания нашей сисси сучки. Почему бы и нет, Регина? Клара... Почему бы не попробовать?
— Это важное решение, - сказала арабка, - нельзя так просто его решать.
— А что думаешь ты, рабыня?
Клара зависла. Она была очень возбуждена и хотела секса, потому, без сомнения прошептала:
— Да госпожа... Я согласна.
Мишель ухмыльнулась.
— Вот и хорошо. Отложим кастрацию на потом. А теперь... Сделай мне ребенка. Я хочу выйти на следующую трансляцию беременной.
Глава VII Предложение на миллион. Новое знакомство
Клара ехала по ночному городу.
Царил мрак, улицей стелился бледно-молочный туман, а вдали мерцали одинокие фонари, холодные, чуждые, будто далекие павшие звезды.
Было холодно. С востока надвигался циклон и края напитывала влага. Наступила поздняя осень.
Народ быстро сменил легкие куртки, а угольный завод около городка затопил печи, включил отопление, закоптил почерневшие от сажи выхлопные трубы и пустил горячий пар.
Время менялось. Наступила тоска.
Клара остановилась в переулке у центра города, где раньше была всего раз. Кругом возвышались массивные заборы, богатые дома, а вместо асфальта в полумраке блестела гладкая галька, как на фотографиях девятнадцатого века. Вдоль улиц росли голые дубы, стелились золотые листья и дул прохладный ветерок- грустный, осенний, уносящийся вдаль будто воспоминания о лете.
Сердце кольнуло. Девушка тут была недавно- в августе, когда природа зеленела и буйствовали сочные травы.
«Печаль.»
— С вас двести.
— Вот, - она выложила купюры, - спасибо.
Таксист потянул руку и сжал деньги, но, после, через миг вернул.
— Знаете, я не буду их брать. Вы красивая женщина и я думаю, лучше побуду благородным рыцарем в такое время.
Она улыбнулась. Улыбка была искренней, доброй.
— Я вам нравлюсь?- спросила неожиданно Клара.
«Он считает меня женщиной?»
— Ну... Я женат. Но вы хороша. Даже очень.
Малышка кивнула.
— Спасибо. Это много значит.
Сисси поцокала на каблуках к дому, огромному особняку в модерне. Бетонное чудище возвышалось словно бельмо. Кругом стояли милые коттеджи, росли садики, но среди них торчала махина из стали и стекла, с громадным куполом и стоянкой. На стоянке ждало с десяток авто.
«Помнится, у нее всегда гости.»
Клара узнала пару машин- кабриолет бледно-молочного цвета, мустанг, ягуар и другая техника от миллиона и больше.
Вечер на работе