остановится. - решил я. Сделав полшага вперед, я наклонился, заглядывая в комнату. Саму тетку было не видно, но в стеклянной дверце шкафа смутно отражалась дама, стоящая напротив, одной рукой придерживающая задранную спереди юбку, а другой что-то делающая между расставленных ног. Подробностей увидеть не удалось - все же стекло дверцы - это не зеркало.
— Вы еще расписаться должны! - громко напомнил я, вернувшись назад к двери.
Жужжание прекратилось. Тетка, пряча глаза, торопливо подмахнула бумажки и буквально вытолкала меня за дверь.
Сегодня день выдался тяжелым - в прямом смысле. Пришлось тащить здоровенный пакет, не иначе с полноразмерной куклой, а может просто в большую коробку накидали всякой мелочи. С облегчением всучив его клиенту, я отправился по последнему на сегодня адресу. Открыла мне усталая женщина лет сорока. Никогда бы не подумал, что такая может интересоваться нашим товаром. Однако по документам все было правильно.
— Я, наверно, проверить должна и расписаться где-то? - неуверенно спросила она.
— Расписаться обязательно, проверять - по желанию.
Она, нисколько не смущаясь, при мне вскрыла коробку, достав вагину - точную копию той, что спьяну заказал мужик. Осмотрела со всех сторон:
— Да, наверное это оно... похоже.
Прошла мимо меня, скрывшись в дальней комнате. Я остался гадать, нафига вагина - женщине? Вскоре, однако, она вернулась, уже с пустыми руками.
— Ты устал, наверное? - не укрылся от нее мой измученный вид. - Чаю хочешь?
— Не отказался бы...
— Проходи. - показала она на кухню. - Меня Людмила Алексеевна зовут. Можно просто Людмила. А ты?
— Саша.
Поведение ее было насквозь нетипичным. Ну не принято как-то курьеров чаем поить. Впрочем, мне все равно спешить уже некуда.
Расположились на кухне.
— Пей, Саш, не стесняйся. Вот печенье. - пододвинула она вазочку.
Печенье оказалось вкусным, чай тоже, а вот беседа... Поначалу она, отхлебывая мелкими глоточками горячий чай, расспрашивала, как же меня угораздило вляпаться в такую нескромную работу.
— А что плохого-то? - не понимал я. - Получил, принес, отдал - ничего особенного. Не хуже чем бумаги таскать или там электронику всякую.
— Это понятно, но все равно как-то... Ходишь ко всяким... озабоченным. Пристают, наверное?
— Нет, вот такого еще ни разу не было. Обычные люди. Наоборот, считается, что я не знаю что внутри. Вот вы же, кстати, тоже заказали... Вы ж нормальная?
— Я... У меня другая ситуация. - вздохнула она. - Тебя не мучает вопрос, зачем женщина купила... женскую часть тела?
— Еще как! - признался я.
Людмила повздыхала еще немного.
— Понимаешь, у меня сын больной. Ну как больной - задержка в развитии, довольно значительная. Сам понимаешь - жизнь и так не сахар была, но я за эти годы худо-бедно привыкла, а теперь оказалось - физиологически организм у него функционирует нормально и с возрастом возникают естественные мужские желания. Эрекцию я у него давно замечала - он не прячет, не понимает же... А недавно откуда-то узнал, для чего она нужна. Может по телеку увидел... И теперь мне проходу не дает! Сообразил, что я тоже женщина и стоит мне наклониться - начинает пристраиваться сзади и тыкать в меня... этим...!
— Да ну! - не поверил я. - Что, прямо вот так внаглую?
— А что его остановит? Он же не понимает что нельзя. Подол задирает и тычет своим... между ног.
— А муж ваш что? Вы ему говорили?
— Да бежал давно муж. - махнула она рукой. - Нет, я его понимаю и плохого сказать не могу. Тяжело жить с таким ребенком. Но он нас не забывает, материально обеспечивает, тут претензий нет. Но с этим вопросом - это не
Крайнее насилие III: семь кругов Ада