Цинизм этой рабыни поражал воображение. А с другой стороны, как можно осуждать ее? Какая рабыня не мечтает видеть свою дочь женой Госпожи?
— Это было бы нехорошо по отношению к ней, - ответил голос Насти. - Давай больше не будем об этом, если ты не против.
— Когда ты повзрослеешь? Твоя тётя Лилия...
Крис потянула меня за руку. Мы отошли подальше, а потом, нарочито громко стуча каблуками, вернулись к двери и открыли её. Настя, как ни в чем не бывало, расправлялась с порцией мороженого, а Ксюша тянула минеральную воду из бутылочки. Обе вскочили при нашем появлении, и тут прозвенел второй звонок.
Глава 24. Ольга. Вечер в театре 2
Мы поспешно заняли свои места. И тут произошёл поразительный и довольно неприятный инцидент.
Свет ещё не погасили, так что я видела весь зрительный зал. Наша ложа находилась приблизительно на один метр выше самой высокой части партера.
Внезапно кто-то окликнул меня снизу.
— Послушайте! Да, вы, брюнетка с короткой стрижкой!
Какая-то шимейл, в греческой тунике (со стилизованным орнаментом в виде волн по краям) размахивала руками, пытаясь привлечь моё внимание. Она пробиралась к нашей ложе, не обращая внимания на недовольных зрительниц, хотя лезла прямо через их головы.
— Это вы мне? - вежливо спросила я. С психами надо разговаривать спокойно, иначе бросаться начнут.
— Да, вам! - незнакомка добралась до нас и залезла на одно из кресел, чтобы заглянуть в ложу.
Крис сунулась было вперед, но я отстранила её.
— В чем дело?
— А вы не понимаете? - лицо незнакомки расплылось в наглой ухмылке. - Почему ваши рабыни сидят с вами в ложе?
Я оглянулась. Настя испуганно прижалась к матери.
— Вас это не касается. Что дальше?
— Ничего дальше! Рабы должны сидеть в секторе для рабов. А не в ложе для свободных.
Крис снова попыталась оттеснить меня и разобраться с этой нахалкой так, как привыкла разбираться в детском доме, где она выросла. Я оттащила её и обратилась к своей собеседнице:
— Вас не касается, где сидят мои рабыни. Они будут сидеть там, где скажу им я. Да и вам не мешало бы сесть на свое место. Вы мешаете мне смотреть балет.
— Я не рабыня, так что не указывайте мне, где сидеть и что делать. Уберите рабынь из ложи, нечего им торчать у всех на виду!
Она психованная. Или провокаторша. Нет, точно психованная. Намеренно повышает голос, бесцеремонно тычет пальцем, показывая на Ксюшу и Настю.
Сидящие в партере стали оборачиваться. Зрительницы, занимавшие соседние ложи, также заинтересовались набирающим обороты скандалом.
— В рабский сектор обеих! - требовала эта фурия. Она уже была красной от злости и брызгалась слюной.
И тут Крис, воспользовавшись тем, что все моё внимание было обращено на эту ненормальную, проскользнула, наконец, вперёд.
— Угм! - сказала незнакомка сдавленным голосом. Я увидела, что моя секретарша крепко держит её за нос правой рукой, а левой - крутит ухо.
— Еще раз полезешь сюда - шею сверну! - прошипела Крис. - Понятно?!
Тут, наконец, появилась служба безопасности театра. Две мощные шимейлы в стрингах. В зрительном зале послышались восхищенные вздохи.
Скандалистку стащили вниз и увели, правда, только после того, как я убедила Кристину отпустить её.
Настя плакала. Ксюша, утешавшая дочь, выглядела расстроенной, но её взор, полный восхищения, был обращен на Крис.
Я выглянула в коридор - никого. Тогда я отдала Ксюше свою косметичку и приказала отвести Настю в туалет. Крис вышла вместе с ними, на всякий случай.
Больше всего на свете мне хотелось совершить убийство первой степени, чтобы от этой отмороженной радетельницы
Привязка через секс