я надеюсь, что наконец моя усталость возьмёт верх.
Нет.
Вместо этого шум, доносящийся из отверстия на его лице, кажется, становится громче. Как будто его храп набирает силу из-за моего растущего разочарования, как ураган, усиливающийся по мере того, как его подпитывают тёплые воды Карибского моря.
В его квартире с одной спальней нет других вариантов для сна, кроме старого дивана, который бугристый и грубый. Я подумываю о том, чтобы вставить наушники, но батарея моего телефона почти села, а зарядного устройства у меня с собой нет. Я могла бы поехать обратно к себе, но сейчас идёт снег, и я не хочу рисковать ночью на дорогах.
Я смотрю на его разинутый рыбий рот. Всего несколько часов назад это казалось таким приятным для поцелуя, особенно когда его губы кривились в озорной улыбке после того, как он сказал что-то неприличное. Теперь, с закрытыми глазами и расслабленными мышцами, те же самые губы напоминают край мокрой, булькающей смоляной ямы, извергающей ядовитые пары.
Нормальный человек разбудил бы его, сказал бы, что он храпит, и попросил бы его попробовать другую позу. Я не обычный человек. Мысль о таком простом разговоре наполняет меня ужасом. У меня есть миллион причин, и все они глупые: я не хочу ранить его чувства. Я не хочу показаться слишком требовательной. Я не хочу показаться эгоисткой из-за того, что нарушила его покой перед экзаменом.
Это просто кошмар.
На самом деле, кошмар был бы предпочтительнее. По крайней мере, это было бы во сне.
********
01:54.
Мой план прост: разбудить его, чтобы я могла заснуть. Как только я засыпаю, я довольно крепко сплю, и я не думаю, что его храп будет меня беспокоить. Хитрость в том, чтобы прекратить его храп, а затем заснуть, прежде чем он снова начнёт храпеть.
Я начинаю с кашля. Сначала я веду себя тихо, но становлюсь всё громче и громче, пока в конце концов мне не начинает казаться, что я могу повредить свои голосовые связки.
Он даже не пошевелился. Хуже того, теперь я совсем не сонная, и у меня болит горло.
Я переключаюсь на удар ногой по его голени. У него тяжёлая нога, и она едва двигается. Я пинаю сильнее. Ничего.
Теперь я пристально смотрю на него, надеясь, что жара от моего кипящего взгляда будет достаточно, чтобы разбудить его. Не складывается. Он счастливо храпит.
Я прижимаю ноготь среднего пальца к подушечке большого и медленно подношу к его лицу. Я чувствую его горячее дыхание на своём запястье. Я прицеливаюсь, убеждаясь, что всё выстроила правильно, затем сильно щёлкаю его по кончику носа.
Храп прекращается. Я засовываю руку под подушку, закрываю глаза и притворяюсь, что сплю. Я чувствую, как его вес смещается на матрасе, и открываю глаза достаточно широко, чтобы увидеть, что он сидит и потирает нос, на его лице растерянное выражение.
Теперь у меня есть шанс. Я устраиваюсь на матрасе, желая погрузиться в его мягкие глубины. Я сосредотачиваюсь на приятной тяжести одеяла надо мной и прохладном прикосновении подушки к моей щеке. Это идеально. Как раз в тот момент, когда я чувствую, что соскальзываю в беспамятство, его вес снова смещается, и он откидывается на спину.
По мере того как его тело успокаивается, моё становится беспокойным. Мой мозг уже предвкушает этот ужасный звук. Я чувствую, как эта прекрасная возможность ускользает. Я должна заснуть. Сейчас. Прямо сейчас.
"Сссннрргггггхххх..."
Ублюдок.
********
02:38.
Меня всегда восхищало, как всё меняется в условиях стресса.
Прямо сейчас каждый фыркающий, прерывистый вдох, который он делает, усиливает напряжение в моём теле. Я чувствую, как меня растягивают. Мне нужно снять напряжение. Если так будет продолжаться и дальше, я сорвусь.
Знакомство в соцмальной сети.