хуй вставал и опускался больше раз, чем я мог сосчитать, и я был одновременно готов сделать всё, что захочет мама, чтобы я кончил, и ужасался от перспективы заняться чем-то сексуальным, когда в доме была моя бабушка.
У мамы не было таких страхов, и когда бабушка предложила, что пора ложиться спать, мама начала осуществлять свой план.
— Я решила, что ты можешь занять мою кровать, мама, так как она самая удобная, - любезно сказала она бабушке, затем указав на себя. — Я займу кровать Стивена, а Стивен может спать здесь, на диване, не так ли?
— Конечно, - ответил я, совершенно уверенный в том, что мама не останется в моей кровати, и никто из нас двоих не будет спать.
— Отлично, - сказала мама. — Значит договорились.
Я почувствовал, как во мне расцветают надежда и возбуждение. Затем бабушка порвала мою надежду на клочки.
— Не говори глупостей, - сказала она. — Твоя кровать достаточно большая, чтобы мы могли разделить её, и мы сможем поболтать о некоторых вещах.
Бабушка явно приняла каменный взгляд мамы за ужас при мысли о том, что ей придётся делить свою кровать со своей мамой.
— Я не кусаюсь, - сказала бабушка, закатывая глаза. — И Стивен сможет до отъезда в колледж спать в своей собственной кровати. Он этого заслуживает.
Мама явно хотела спорить дальше, но бабушка проигнорировала её попытки и обняла меня.
— Спокойной ночи, Стивен! - сказала она, а затем взяла маму под руку и удалилась с ней наверх. Пока они шли, я слышал, как бабушка расспрашивала маму о её работе.
Я ещё минуту постоял в гостиной, не зная, чем себя занять. К сожалению, я мало что мог сделать, поэтому я выключил весь свет и тоже отправился наверх спать.
* * * * *
Я плохо спал в воскресенье, после того, как мамин визит посреди ночи оставил меня слишком возбуждённым, чтобы уснуть. Эта ночь, во вторник, при прямом сравнении, затмила ту ночь позором.
Я лежал в своей тёмной спальне несколько часов. Мой хуй был слишком чувствителен, чтобы его накрывать, поэтому на мне не было ни трусов, ни одеяла. Несмотря на это, он сохранял полную эрекцию и редко ослабевал, а когда это происходило, я начинал дрочить его, думая о маме.
Что касается мамы, то я был уверен, что она, как и жизнь, найдёт выход. Каждый скрип в доме заставлял меня думать, что это мама идёт в мою комнату, и, когда она не появлялась, я каждый раз впадал в отчаяние. Иногда мне удавалось ненадолго задремать. Затем в моих снах появлялась мама, и я просыпался, уверенный в том, что она рядом со мной.
Часть меня надеялась, что моё тело предаст меня, и я увижу влажный сон, по крайней мере, тогда у меня будет разрядка. Но оно отказалось от предложения, и я вытащил себя из постели в восемь утра следующего дня, с ещё более полными яйцами, чем накануне вечером.
За конспектом