Могу поклясться, что по выражению ее лица она хотела сказать: «Боится, какая глупость».
Мне было нелегко говорить это, но если кто-то и был мне достаточно близок, чтобы понять, так это Карен. Больше никого нет, а док чересчур снисходителен.
– Что, если я не смогу...
– Не смогу что? – спросила она.
– Ну, знаешь, – ответил я, глядя вниз на свой пах.
– О, боже, – с грустным видом сказала она, – у тебя все еще проблемы с этим?
С этим. Да, с этим. Это – четырехсоткилограммовая горилла в любой комнате, где бы я ни был. Причина всех этих проблем.
– У меня встает, но не уверен, что смогу дойти до конца.
К ее чести, Карен не стала смеяться или укорять меня. Вместо этого она с сочувствием посмотрела на меня и кивнула. Я понял, что она о чем-то задумалась, так как продолжала смотреть мне в глаза.
– Есть только один способ узнать, – сказала она и встала.
Я изумленно смотрел на нее, в то время как она потянулась к низу своего платья и начала стягивать его через голову. Что за...?!
– Карен, что ты делаешь?
Теперь я должен сказать кое-что о Карен. Ей, может быть, и сорок девять, но у нее фигура женщины тридцати с небольшим. Наверное, это – гены в ее семье, но женщины владеют искусством выглядеть стройными блондинками. Карен – более взрослая версия Эмбер, и это было видно, когда она сбросила платье на пол, показав свои сиськи в бюстгальтере телесного цвета.
– Это мероприятие проводится один и только один раз, Норрис Григгс. Мы с тобой не родственники, и я не являюсь твоей тещей. Так что, мы просто протестируем твое оборудование и выкинем из твоей головы некоторые сомнения по поводу его работоспособности. И мне насрать. Я видела, как последние пару месяцев ты пялился на меня и поправлял свой член в штанах.
Она схватила свои колготки и стянула их, одновременно выходя из туфель. Я ошеломленно молчал, когда она повернулась ко мне спиной и спустила колготки, обнажив черные трусики, которые мало что прикрывали. Я был ошеломлен ее фигурой. Ей ведь почти пятьдесят!
Я не мог пошевелиться, пока она снимала колготки и бросала их на платье. Затем она подошла ближе и встала передо мной на колени. Я не мог поверить в происходящее. Более того, не мог поверить в то, что творится внутри моих штанов. Мой член... был твердым!
Я уставился вниз на свой пах, и Карен проследила за моим взглядом. Поняв, какой эффект произвела на меня, она ухмыльнулась и потянулась за спину, чтобы расстегнуть лифчик. Она стянула его и выгнула спину так, что ее груди выпятились мне навстречу.
Я мог бы сказать, что это из-за того, что я целый год не видел обнаженной женщины. Или что это – запретная мысль увидеть мою теперь уже бывшую тещу топлесс. Но если быть честным, у нее просто была великолепная грудь с твердыми сосками цвета тростникового сахара, которые так и просились, чтобы их потрогали и пососали.
Карен не переставала смотреть на меня со своей дьявольской ухмылкой, в то время как сама тянулась, чтобы расстегнуть мой ремень. Следующей была молния. Я задохнулся, когда она стянула мои джинсы и положила руку на мои облегающие боксеры. Ее глаза распахнулись, когда она взяла в руки мой прикрытый член.
– Ну, если ты такой для этой почти пятидесятилетней женщины, представь, каким будешь для кого-то помоложе. Вероятно, спустишь внутри своих штанов, прежде чем она разденется.
Соня и Сеня. Часть 1