с ломтиком хлеба, после чего он снова нырнул в сон.

Когда он опять проснулся, в доме было темно, и он почувствовал в постели рядом с собой тепло. Он увидел темные волосы, разметавшиеся по подушке рядом с ним, и милое личико спящей Миранды.

Он осторожно выбрался из постели, подавляя стоны, из-за ноющих мышц. Он молча вышел из спальни и закрыл дверь. Подошел к дверям патио, выходящим на задний двор, и уставился на темное озеро за ним. Луна давала достаточно света, чтобы разглядеть конец его владения там, где начиналась вода.

«Озеро тебя не хочет».

Он вздохнул, так как заранее знал, что его разум вытащит ее на поверхность. У него были вопросы, которые он хотел задать, но знал, что получит обратно только то, что уже знает. Тем не менее, он чувствовал необходимость озвучить их. Он посмотрел направо, и рядом с ним стояла Имани в своей шелковой ночной рубашке. Очень красивая. Очень грустная. Он опять посмотрел на озеро. Он не хотел видеть ее печаль, потому что от этого ему было больно.

— Похоже, тебе я тоже не был нужен, - тихо сказал он.

«Ты всегда был нужен мне», - тихо запротестовал голос Имани.

— Но меня тебе было недостаточно.

«Я была ненасытной».

Брови Тайсона поползли вверх. Такого ответа он не ожидал. Размышляя о поведении Имани на вечеринках профессорско-преподавательского состава больницы, он понял, что ей нравилось внимание, получаемое от мужчин, с которыми она работала, поэтому понял, что мог истолковать это как ненасытность.

— А еще я не был физически привлекательным. Ты этого тоже хотела. Ты хотела быть с ним, - выдавил он.

«Я любила тебя», - прошептала она.

— И все же сосала его член, опять и опять! То, что отказывалась делать мне, - выплюнул он. На него снизошло озарение. - Так вот почему ты не делала этого со мной?

«Да», - тихо сказала она, в ее тоне был очевиден стыд.

Он яростно покачал головой. Его мозг позволял себе вольности. Он не мог знать, было ли ей стыдно. Может быть, она лишь сожалеет, что ее поймали. В конце концов, она ведь не призналась.

Он вспомнил ее слова в машине тем вечером. Гнев и резкость ее языка, когда она обвиняла его, его, в неверности.

— Лицемерка, - огрызнулся он.

«Прости. Я боялась».

И снова он удивил самого себя. Боялась? Откуда, черт возьми, это взялось?

— Чушь собачья. - Он отказался позволить своему мозгу кормить себя ложью.

«Ты был так занят своей страстью, что я почувствовала себя брошенной. Я не могла участвовать в этой части твоей жизни».

Он знал, что она чувствовала себя немного напуганной его занятием, но заверил ее, что не ожидает, будто она должна изображать интерес к математике только ради него. Он признавал, что у них разные сильные стороны.

Тайсон поднял свои воспоминания об их браке и критически посмотрел на свое поведение. Был ли он невнимателен? Он вспомнил поцелуи и объятия, которые вырывал у нее, когда она пыталась собираться утром, хихиканье и то, как она его отталкивала. Он делал это не каждое утро, и, возможно, за последний год их брака это случалось реже... но она ни словом не обмолвилась о том, что чувствует себя заброшенной или неудовлетворенной.

Он покачал головой. Это не объясняло ее неверности. Он хватался за соломинку.

— Чушь собачья. Это не оправдывает того, что ты сделала.

«Знаю», - вздохнула она, и в ее голосе прозвучало сожаление.

Он поднял руки и нажал пальцами на глаза. Он должен был остановить свой мозг от приписывания галлюцинации ее эмоций, о которых знать не мог. Это было всего лишь принятие желаемого за действительное,

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 39067

Призрак

Нимфоманство

Соцработницы и Вася.

Зимагор (Полная версия)

Кунимен по собственному желанию. Часть 7