- засмеялся Петька. - Тебе не впервой. Ты ещё и не такое вытворяла.
Я ещё простояла так минуты две, топчась голыми ножками на месте, и пыталась согреться.
Я тёрла себя озябшими руками и уже вся дрожала от холода. Серьезно уже дрожала, а не понарошку. Зубы у меня уже стучали. А ножки, так и просто ныли. Я ведь уже больше получаса голая бегала.
— Очень холодно. - процедила я сквозь зубы, потому что терпеть холод сил у меня больше не было. - Совсем дубняк. Я совсем скоро в ледышку превращусь. Давайте скорее деньги. Я домой хочу!
Витька протянул мне купюру в 100 долларов. Я схватила купюру синими дрожащими от холода руками, зажала свою купюру в кулачке, а потом Витьку по морде рукой звезданула.
А потом я развернулась, и, как была голенькая, так по улице домой и побежала.
Бабки на улице все оборачивались и смотрели, как я голая и босая дорогу перебегала.
Я чуть не поскользнулась в одном месте. Невстречу мне какой-то дядечка шел. Он удивленно посмотрел на меня, раскрыв рот, и посторонился, уступив мне дорогу.
Потом я в скверик завернула, чтобы дорогу сократить. В скверике я на пару минут остановилась, чтобы перевести дух. Сил, чтобы бежать, уже почти совсем не было. Но от бега я уже немножко согрелась.
Два парня и девушка остановились и уставились на меня, широко раскрытыми глазами.
— Ну, что уставились, - крикнула им я с вызовом, - девчонку, голую, не видели что ли?
— Да видели, только не на морозе, - засмеялся парень.
— А тебе не холодно так, голой бегать? - спросила участливо девушка.
— Холодно, жуть как холодно, - ответила я.
— Ну, давай, быстрее домой беги, - сказал парень, и подмигнул мне по свойски.
Но куртку свою он мне, как джентельмен, не предложил.
Я повернулась и побежала дальше, по засыпанному снегом скверику, домой.
Я была одна такая голенькая на улице. На меня с изумлением смотрели старушки и какой то молодой дяденька. Они все были одеты в теплых пальто, шарфах, шапках и ботинках. Они смотрели мне в след и что-то кричали или просто качали головами.
Я не обращала на них внимания.
Ножками чувствовала снег, такой мягкий, пушистый. Я засмеялась подбегая к дому, и остановилась.
Я больше не боялась холода. Я перешла через этот рубеж.
Мне было уже хорошо.
Мои сисечки приятно холодил морозец. Моя тело все щипало от холода. Но моя писечка была поросто горячая.
Пока бежала, я шмыгала носом и пару раз громко чихнула. Видно, я таки сильно простудилась сегодня. Ну ничего, простуда не зараза – пройдет.
Я забежала за угол перед домом как раз вовремя. Мне просто страшно захотелось поссать.
Я присела на корточки и стала писать, поливая желтой тонкой струйкой снег под моими босыми ножками. Струйка попала мне на ногу, и я подивилась, какая же она теплая.
Я привстала, и хотела было бежать дальше. А тут еще назло шли какие то люди по улице.
Я укрылась от них сзади, за каким то торговым ларьком, где было немного свободного места.
Я перевела дух и мне снова стало холодно. Мои ножки сильно онемели и своих пальчиков я уже не чувствовала. Но меня это не тревожило.
Мне очень сильно нужно было разрядить то напряжение, которое снова накопилось в моей киске. Я просто не могла терпеть дальше. Мое возбуждение, накопившееся за весь этот день должно было разрядиться. Я наверно сумасшедшая, или нимфоманка, - подумала я.
Я присела, взяла озябшими пальчиками комок свежего снега и стала тереть им свою горячую писку.
Я чуть не вскрикнула когда холодный снежок коснулся моей киски.
Я аккуратно раздвинула половые губки и стала водить
Богатые тоже плачут