смазать вход в пещерку своими выступившими соками и слюньками Вероники. Ксюша при этом стала что-то шептать и ворочаться. «Ты её покрепче держи, а то сейчас вставлять буду, вдруг брыкаться начнёт!» - скомандовал я Веронике, которая сквозь слёзы смотрела, как мужской член приготавливается погрузиться в тело её подружки. Смазав вход, я слегка надавил своим тараном вперёд и головка моего жаждущего наслаждения члена, погрузилась немного в тело девочки. Ксюша нахмурила лобик и стала что-то попсикивать и двигать руками, стараясь закрыть свою промежность. Я перехватил отведённую в сторону ножку и сказал Веронике: «Так, держи её руки, прижми к дивану и не отпускай! А то поцарапает ещё меня! Не удержишь, я тебя тогда и в пиз.у и в ж.пу трахну! Понятно?!» Верника испуганно перехватила руки своей подружки и прижала их к кожаной ткани дивана. Я, откорректировав своё положение, пододвинув свой таз к телу девочки, стал вставлять свой член в пещерку, раздвигая её узкие стенки. Ксюша от боли и новых ощущений пришла в себя и затуманенным, сонным взглядом стала рассматривать окружающую обстановку. Она увидела меня, склонившегося над ней, свою подружку, которая удерживала почему-то её руки и разведённые широко в стороны свои ножки, между которыми что-то происходило. Она посмотрела вниз и увидела, как мой орган погружается в её тело, причиняя боль и страдания. Девочки громко завизжала и стала вырываться: «Аааа! Пустите! Что вы делаете?! Мама! Мама! Мама! Больно!» Но, Верника, толи от страха быть изнасилованной как её подружка, толи от шока, но продолжала крепко удерживать Ксюшу, а я резким и мощным толчком пронзил Ксюшину целку и погрузил свой взбухший орган в глубину бьющегося в истерике тела. Девочка пронзительно взвизгнула и стала прогибаться вверх, дугой, видимо стараясь слезть с члена и убрать его из себя, но я крепко держал её за талию и стал наяривать пещерку девочки мощными и сильными толчками. Меня охватило самое настоящее безумие. Мне нравилось доставлять боль и страдание именно этой девочке, словно в её лице, я мстил всем тем женщинам, которые обманывали меня по жизни. Под каждым моим ударом девочка пищала и дёргалась, а её подружка, выполняя наш уговор, удерживала её руки, не давая отпихнуть меня: «Потерпи Ксюшенька! Потерпи! Сейчас всё кончиться! Прости меня Ксюшенька! Он меня тоже хотел!» Девочки плакали вместе, одна от боли и горя изнасилования, вторая от обиды и стыда за себя. Я же наслаждался телом женщины и долгожданными ощущениями погружения в волшебное местечко. Тело Ксюши так энергично дёргалось и изгибалось, что это доставляло мне дополнительные ласки и удовольствие. Её животик то сокращался, то разжимался, ножки подёргивались, попка двигалась в разные стороны, её щелочка, насаженная на мой член, истекающая соками и кровью, крепко обжимала мой ствол. Я довольно быстро и бурно кончил, излившись прямо во влагалище девочки. Выбросив в неё последнюю порцию своей жидкости я в состоянии крайнего удовлетворения вытащил свой член из растерзанного тела. Ксюша тут же поджала ножки, закрывая от меня уже распечатанную щёлочку. Вероника наклонилась и передала своей подружке её трусики. «Прости, прости, прости,» - слышал я её извинения перед подружкой, пока выходил из машины. Я достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну и закурил, блаженно вдыхая аромат никотина. Выкурив сигарету, я сел за водительское место и удивился тишине. Только похлюпывания доносились с
Чаепитие