«Какого черта ты делаешь с женой, которая хочет секса с другими мужчинами?»
И вы были бы правы, задавая этот вопрос. Я задавал себе тот же вопрос много-много раз. И каждый раз приходит ответ: потому что...
Я думаю, что я эмоционально глуп, когда дело касается Лары. Я имею в виду, что, несмотря на то, что мы выразили нашу любовь друг к другу, все еще есть та часть моей жены, которая не может посвятить себя только мне. И это та часть, которая причиняет боль больше всего.
Этот последний инцидент в отеле в Сиэтле стал для меня большим опытом. В наших отношениях должны были произойти перемены. Это должно было означать либо то, что Лара была моногамна со мной, либо то, что нашему браку пришел конец. В глубине души я знал, что наше соглашение о открытом браке не выживет. В конце концов я хотел семью, и поэтому простой факт заключался в том, что, если мы собирались завести детей, мы не могли продолжать жить так, как жили.
Мы должны были измениться. Я должен был измениться, я должен был выжить.
*****************************
Итак, в ту пятницу вечером мы сели за обеденный стол и провели очень откровенную дискуссию. Я сказал Ларе, что ухожу от нее на несколько недель. Это не обсуждалось. Нам обоим нужно было пространство, чтобы понять, что для нас важно и как выглядит предстоящий путь: вместе или порознь.
Лара уставилась на меня с очень страдальческим выражением лица.
— Пожалуйста, Дэн, не оставляй меня. Я обещаю, что буду лучше следовать нашему соглашению.
— Лара, я больше не уверен, что ты помнишь, в чем заключается наше соглашение. Ты постоянно игнорировала все то, что, по нашему обоюдному согласию, было необходимо, если мы собирались пожениться, и все же позволяло нам с тобой время от времени видеться с другими. Но это вышло из-под контроля.
Я сделал маленький глоток пива.
— Пожалуйста, не сиди здесь и не говори мне, что этого не произошло. Я не настолько глуп и легковерен. Господи, у тебя все еще есть остатки синяков на теле, а отметины на твоей заднице еще не полностью исчезли.
Лара сделала большой глоток вина и посмотрела на стол. Ее отсутствие ответа сказало мне, что она согласна или, по крайней мере, что я был прав, даже если она не согласна.
Я продолжал:
— Я собираюсь уехать на некоторое время. Я не могу оставаться здесь и смотреть, как ты самоуничтожаешься. Я не буду этого делать. Ты должна понять, чего, черт возьми, ты хочешь. Если ты хочешь остаться замужем за мной, тогда мы должны внести некоторые изменения, и мы должны сделать это сейчас. В противном случае, я думаю, мы закончили.
Вот оно. Мой итог.
Я посмотрел на Лару, которая продолжала смотреть в стол и ничего не говорила. Ее отсутствие слов говорило о многом. В глубине души я знал, что она не собирается меняться. Она не собиралась быть моей женой, не той женой, которую я действительно хотел.
Тишина в комнате была оглушительной. В тот самый момент, когда я посмотрел на нее, а она отказалась смотреть на меня, я точно знал, чего она хочет. Это был не я.
Я встал из-за стола, пошел в спальню и начал собирать вещи. Я прикинул, что все, что мне нужно, - это вещей примерно на неделю. К концу недели я бы знал, переезжаю ли я навсегда или у нас может быть слабая надежда на наш брак.
Лара ничего не сказала, пока я работал, собирая нужные мне вещи. Я вышел с чемоданом, спортивной сумкой и сумкой для ноутбука.
Клизма строптивой стерве