подстроил так, чтобы Лалу соблазнили. Вот и все. Но въедливый голосок вредины совести, не давая покоя, шептал, что Самир Самиром, а соглашалась-то трахаться с другими она сама. И значит. .. Ничего не значит! Лала вертелась с боку на бок без сна, сердито пихая кулачком безвинную подушку. Так, может и правда, не было с ее стороны никакой измены? Или все-таки была?
Интернат. Часть первая. Прописка