хватает меня за член сестра. И целует меня с языком. Оторвав от себя удивленную девушку, я громко сказал:
— Тихо! Всем внимание! – и обратился к мужчине:
— Здесь ведется аудиозапись?
— Нет, только видео... - удивленно ответил тот.
— Тогда у меня для Вас... Хотя нет. Небольшая просьба
женщин подождать пять минут в коридоре. Мне нужно
переговорить с отцом о.... В общем подождите
пожалуйста в коридоре.
С этими словами я поцеловал ошарашенную девушку и взяв ее за руку подошел к не менее удивленной женщине и тоже ее поцеловав слегка подтолкнул их к двери. Оглядываясь, женщины вышли.
— Присядем – сказал я отцу и сам присел на стул. Тому осталась кровать.
— Такая ситуация: я ничего и никого не помню, вообще. Не
знаю ничего про страну, про себя, про вас. Если б
встретил Вас на улице прошел мимо и не узнал. Врачи
ничего не знают сказал не помню, что было перед
впадением и все. С остальным вроде не спалился.
Читать могу. Хотел бы с вами посоветоваться стоит
сообщать врачам – не изолируют ли меня? В общем
посоветоваться хотел. Женщин вывел по причине того,
что они труднее могут хранить эту тайну.
Мужчина несколько минут молча разглядывая меня.
— Однако.... Произнес наконец он, - Женщин можно запустить: я более чем уверен все что
захочешь останется в семье.
Я шагнул к двери и пригласил растерянных женщин. Они присели на кровать к отцу и смотрели на меня. Кивнув мужчине, я откинулся на спинку сиденья. В общем разговор получился у нас долгий и трудный. Я объяснил, что какая-то мышечная память у меня осталась, но их я пока не вспомнил. Про свою личность в теле Алекса решил умолчать. Говорить или нет врачам решили отложить на следующий день. Я сказал, что со мной должен побеседовать представитель «Службы» и спросил, что за служба и что говорить.
Служба охраны порядка – аналог полиции, ведает охраной общественного порядка, профилактикой и расследованием преступлений. Отец захотел посоветоваться с семейным юристом и уточнить у него, мне пока рекомендовал ни с кем не общаться официально, решив не откладывать это дело он поднялся и попрощавшись ушел.
Женщины остались и пересадив меня на кровать, которую я трансформировал в диван, начали рассказывать про нашу семью и меня. Самое главное: мы приемные я и Элиc. Мой приемный отец военный и в одной из горячих точек подобрал нас сирот. Мы с ней не родственники.
Подразделение отца накрыло подпольный притон, нас должны были разобрать на органы, но повезло.... Про наших биологических родителей ничего не известно. Генная расшифровка показала, что я восточный славянин, а сестра наполовину скандинавка, наполовину славянка.
Приемные родители как она назвала алеманцы. Я не стал уточнять кто это чтоб не палиться. Думаю, со временем узнаю. Спасли нас, когда было примерно по три года. Сестра еще два года не говорила. Документов в притоне не нашли так что записали по три года. Сейчас нам по документам 18.
Я заметил, что сестра периодически как будто по привычке тянется к моему члену, но потом смутившись убирала руки. Да, маму зовут Элина, отца – Алан. И самое главное – сейчас 2022 год! Тот же самый что и в моей. ..реальности наверно, или слое. Хотя по уровню развития по крайней мере бытовой и медицинской техники...... мда. Спросил я и про секс с медперсоналом. На что меня просветили что в этой больнице это нормально, более того и у нас в семье сексом друг с другом все занимаются.
Ну кроме нас с отцом – мужской гомосексуализм считается «мягким» отклонением. Он не запрещен, но сильно не приветствуется. Если двое или больше встретятся и мммм... будут
Случай на курорте