Он продолжал видеть людей, которых, как ему казалось, он узнавал. Дело было не в том, что он стеснялся, что его увидят с мамой, отнюдь нет, а скорее в страхе перед тем, что может случиться, если ему придется заговорить с кем-то из знакомых. Кто-то с работы мог спросить, где он был. Кто-то из школы может начать целый разговор. Остин не думал, что собирается сорвать с себя одежду посреди магазина, но тогда уже произошло много такого, о чем до "озера" он бы сказал, что это невозможно.
Остин заставил себя сделать глубокий вдох. Они были окружены незнакомцами. Даже если бы кто-то из знакомых подошел, он смог бы сказать "привет". Конечно, смог бы. И как только Остин успокоился, он заметил нечто гораздо более интересное: количество мужчин в магазине, которые обратили внимание на его маму.
Теперь, вместо того чтобы нервничать, Остин чувствовал гордость. Он был здесь, с самой сексуальной женщиной во всей этой чертовой вселенной под руку, и все это знали. Он еще немного выпрямился. Когда они подошли к проходу с хлопьями, он отказался от "Лаки Чармс" и выбрал что-то с большим содержанием клетчатки и без сахара. Кристин благодарно кивнула ему, а затем сжала его бицепс.
— Мам, ты в порядке? — спросил Остин.
— Да. Всё отлично, — сказала Кристин. — Просто оцениваю твой мышечный тонус. Ты отлично поработал над собой.
— Спасибо, мама, — сказал Остин. Он покраснел. Мать еще крепче сжала его руку.
— Сегодня здесь много людей, — пробормотала она.
Мать и сын быстро закончили покупки. Они заплатили за все, а затем вышли за пределы супермаркета. В какой-то момент, пока они находились внутри, начался дождь. Теперь он лил как из ведра. Они потерянно смотрели на парковку. Вдалеке раздался раскат грома.
— Я схожу за машиной, — сказал Остин. — Не нужно, чтобы мы оба промокли.
— Ты думаешь, я не могу справиться с небольшим количеством влаги? — спросила Кристин с ухмылкой. — Наперегонки! — крикнула она и унеслась прочь. Остин едва мог видеть свою мать сквозь потоки воды. Он уперся в тележку, толкнул ее вперед и помчался за ней.
Дождь был еще хуже, чем казалось. Глубокие лужи были разбросаны по участку, как минные поля. К тому времени, как Остин пробрался к "Сивику", он промок насквозь. Мать стояла у машины и смеялась. Остин тоже начал смеяться. Это было так глупо.
Он открыл багажник, и они вместе погрузили продукты в машину. Затем они промчались вокруг машины и упали на переднее сиденье. Оба они все еще были в пиджаках, промокшие.
— О, милый, ты весь промок, — сказала Кристин. Она с любовью погладила сына по щеке.
— Я могу сказать то же самое о тебе, — сказал Остин. Они оба посмотрели друг на друга. Остин не мог не заметить, как блузка его матери прилипла, практически прозрачная, к ее идеальной, упругой груди. Его мать, казалось, смотрела на него точно так же. Они оба задыхались.
Потом они оба целовались.
— Нам нужно выбраться из этой мокрой одежды, — задыхалась Кристин между поцелуями. Она потянулась вниз и стянула рубашку Остина через голову. Мать-блондинка перелезла через подлокотник на заднее сиденье. Остин последовал за ней, оставив позади свои мокрые джинсы и нижнее белье.
— Я тоже разденусь, — сказала Кристин. Она прижалась губами к губам Остина и снова начала целовать его: — Я слишком мокрая. — Она разделась, делая перерывы только для того, чтобы продолжить целовать сына. Это было неловко, они оба были слишком большими, чтобы делать это на заднем сиденье малолитражки с комфортом. На
С парнем мечты