видно, сильно устали. Тяжело дыша, все потные и липкие, они отвалились на диван и, вывалив растертые органы, расслабившись, отдыхали. Здорово поработали, твари!
Тут подонки очухались и сказали, что здорово позабавились. Вечеринка удалась!
Мне приказали собрать свои вещи и убираться.
Я сориентировалась быстро. Я собрала свои вещи и, шатаясь после грязного секса, выбралась голая, перемазанная спермой, из ненавистной квартиры. Кое как оделась в подъезде. Надо быстрей уносить ноги, быстрей, пока они в отрубе, пока они не вспомнили, что они меня купили. На площадке, озираясь, я, как сумела, натянула одежду прямо на испохабленное тело, и на шатающихся ногах, бегом пустилась прочь!
Если бы дело ограничилось студентами, я бы побежала прямиком в полицию. Но чурки?! Они же меня купили! И где гарантия, что они не накинут мне мешок на шею и не увезут меня в какой-нибудь горный или пустынный аул? На Кавказ или в среднюю Азию? Уж не знаю, какой национальности этот Азиз и его кунаки.
Завернув в ближайший парк и успокоившись, я, присев на скамейку и достав из сумочки зеркальце, привела себя в порядок. Женщина в любых обстоятельствах должна оставаться женщиной. Накрасила губы, полюбовалась на себя. Да, я в порядке.
Когда я пришла к дочери в общежитие, встретилась с Ксюшей. Она уже собиралась звонит в полицию.
— "Ну как ты, мама? Как? Что было?"
— "Да ничего не было, доченька! Я их...! Да что эти сопляки мне сделают?! Сыны занюханные! Будут знать, как себя вести! Ещё и извинялись за хамство!"
Желание.