по старому городу в бальзамический тропический вечер.
Она сравнивала идиллическую обстановку с их холодным домом на севере штата Нью-Йорк, и это ее угнетало. Дэвид никогда не захочет покинуть это место. Но она должна попробовать. Она начала разговор так:
– Я вижу, у тебя новая работа. Чем ты здесь занимаешься?
Дэвид с гордостью ответил:
– Я – специалист по образованию в Национальном управлении океанических и атмосферных исследований, в Национальном морском заповеднике Флорида-Кис. Работаю в отделе экологии рифов вместе с Эвой Мартинес. Она – настоящий морской биолог.
После чего с энтузиазмом добавил:
– Я нахожусь в здании заповедника на западной стороне острова. Эва работает на базе поддержки «Водолей» на Исламораде. Она – полноценный акванавт, знаешь ли. Проводила целые недельные исследовательские миссии в изолированном подводном доме «Водолей», находящемся на глубине девятнадцати метров под водой.
Оливия подумала: «Так, значит, эта сучка – Чудо-женщина!» Громкие похвалы мужа действовали ей на нервы.
Они сидели по разные стороны банкетки, лицом друг к другу за столом на камбузе. Оливия заставила себя успокоиться и сказала:
– Я пришла поговорить о том, чтобы мы снова были вместе. У нас был прекрасный брак, и мы все еще можем его сохранить. Понимаю, что мой поступок был обидным, и мне очень жаль. Просто я никак не предполагала, что мои действия могут привести к такому.
Выражение лица Дэвида потемнело. Это было не то, чего он от нее ожидал. Он сказал:
– Ты была единственным человеком, с которым я когда-либо был близок – моим единственным другом. Я не жалел, что мой мир был ограничен тобой. Ведь ты была всем, что я когда-либо хотел. Я просто не могу понять, почему тебе потребовалось расширять свой.
Оливия с опаской сказала:
– Это было простое любопытство. Я хотела узнать, каков другой мужчина. Я знала, что отдаю ему только свое тело, но не сердце. Тебе нечего бояться потери моей любви. Я просто предполагала, что вернусь в воскресенье и мы продолжим с того же места, на котором остановились.
Впервые Дэвид выглядел расстроенным. Он сказал:
– Это глупости, Оливия, секс – это одно, а супружеская верность – совсем другое. Всем нравится секс. Именно поэтому его так легко оправдать. Но когда ты нажала на кнопку «я принимаю это», в нижней части нашего пожизненного лицензионного соглашения, ты поклялась в абсолютной верности.
Он добавил:
– Секс – это высшее физическое соединение. Ты буквально соединяешься с другим человеком. Обязательство хранить свою близость исключительно для супруга – это клей, связывающий двух людей вместе. Следовательно, вступление в брак третьего лица является вероломным по определению.
Оливия была поражена. Она полагала, что ей достаточно признать свой проступок, извиниться, и Дэвид сразу же согласится снова быть вместе. Но Дэвид оказывается все продумал. Теперь она поняла, что потребуется еще немного уговоров.
Дэвид продолжал говорить, сказав:
– На самом деле, обещание ограничить ваши сексуальные услуги действительно противоречит человеческой природе. Вот почему обещание хранить верность – это испытание. Сильные люди могут пройти его. Слабые – нет.
Он сделал паузу и добавил:
– Итак, для тебя твои выходные могли ничего не значить. Но с моей точки зрения, даже думать об этом уже было предательством, а действовать в соответствии с этим – откровенным вероломством.
Оливия начала всхлипывать:
– Это был только один раз. С тех пор я была тебе верна, даже после того, как ты меня бросил. Разве люди не имеют права на одну глупую ошибку?
Неожиданное появление Оливии сковырнуло болячку. Дэвид сказал:
– Послушай, Оливия, самоуважение мужчины основано на убеждении, что его спутница делает выбор посвятить свою близость ему... – и только ему. Это – основа нашей самооценки. Вот почему измена
Как легкий свинг перерос в проституцию