– Мы отправились в путь, чтобы увидеть Новую Зеландию. И сделаем это. И еще нам предстоит многое увидеть и сделать между сегодняшним и завтрашним днем. Послезавтра? Не знаю, посмотрим, с какой стороны подует ветер.
– Иногда я беспокоюсь, мама, вот и все.
Моряки смотрят вдаль, в море.
Они-то знают. Они понимают.
Даже если молодая женщина никогда не поймет.
***
Неделю спустя из главной гавани Папеэте выходят две лодки и поворачивают на запад; обе совершают короткий переход через узкий пролив к заливу Кука на северной стороне острова Муреа. Впереди «Ахиллес», другая лодка следует за ним, женщина – за штурвалом, мужчина – на носовом релинге наслаждается ветром и брызгами, летящими на его серебристые волосы. Если бы вы рассмотрели эту вторую лодку повнимательнее, то обнаружили бы, что ее название недавно было изменено – с «Сириуса» на «Орка». Странный выбор, – скажете вы себе.
Мужчина возвращается к женщине, своей жене, своей жизни, и садится рядом с ней, пока та следит за парусами и немного корректирует курс. Он поворачивается и смотрит на Папеэте, уходящий вдаль, потом вниз, на плавный след касатки, скользящей по кобальтовым водам.
Акула все еще кружит, он знает; она все еще там, ждет. Но такова жизнь, эта глупая смертная спираль, которая держит нас лишь короткое время.
Он делает глубокий вдох, прохладный морской воздух омывает его душу. Он смотрит на женщину рядом с собой, наблюдает, как она слегка меняет курс – опять – подстраиваясь под постоянно меняющийся ветер. В ее глазах – тоже улыбка.
както раз