в интернет и смотрел те гадкие картинки. Столько народа подобным увлекается, что это извращением неловко назвать.
— Нет, там такие гадости есть, что я точно не хочу. Огромная просьба, маме об этом не говори.
— Что тут такого? Нет, твоей матери мы точно не скажем.
— Почему так случилось? Я думала, у тех, кого в детстве наказывали. Вон, видел, как Тоня завелась?
— Как бы я мог, такое не увидеть...
Жена взяла с заднего сиденья пакет и сумку. Мы вышли из машины и поднялись по лестнице.
— Я волнуюсь, - прошептала Марина на площадке, извлекая из пакета букет огромных белых роз.
Молодец, мог бы и сам про цветы подумать. Когда-то я дарил их, на восьмое марта и знал, что именно такие маме и нравятся. Откуда, это знает Марина? Ещё, про ребёнка надо сказать... Как-то поэлегантнее...
— Расслабься, - я поднял руку, нажать на звонок и дверь распахнулась.
— Я машину из окна увидела, - объяснила мать, целомудренно целуя нас в губы, лёгким касанием. – Проходите садитесь. Решила, больше никого не звать. Ужин, в тесном семейном кругу.
Она пропустила нас комнату. Приглушённый свет, три огромных кресла вокруг журнального столика. Лёгкие закуски, бутылка шампанского и пара бутылок лёгкого вина, на выбор. Пустая ваза с водой, куда был тут же помещён букет, завершив композицию. В приёме гостей, мама разбиралась лучше Тани. Да и шампанское, было сейчас вполне уместно. Мы уселись за столик. На маме был лиловый атласный халат, который скромно прикрывал колени, но держался одним лишь поясом. Сейчас, его полы разошлись, и я видел, как сжатые ноги заканчивались бордовым треугольником трусиков.
— Я, по-домашнему, - она заметила мой взгляд, но не смутилась и не стала прикрываться.
— Даже приятно, - улыбнулся я и взял шампанское. – Можешь, не сжимать так сильно колени.
Открывал бутылку я не так ловко, как Таня, но всё же справился.
— Ну что, за премьеру! – я поднял бокал.
— Ужасно всё прошло! – воскликнула мать, со слезами в голосе. – Стыдно вспомнить!
— Омерзительная игра! – громко выкрикнул я. – Бездарная актриса!
Марина растерянно посмотрела на нас.
— Опять, ваши актёрские приколы? Ладно... Всё было... плохо... Правильно?
— Будет ещё хуже, - я кивнул головой и вылил содержимое своего бокала, на грудь матери.
Та, расхохоталась, и плеснула прямо в лицо Марине.
— Куда я попала? Семейка Адамсов, какая-то, - жена, слизывая с губ капли, протянула свой бокал ко мне и начала медленно его наклонять.
Не дождавшись возражений, она вылила всё на штаны и рубашку. Я вновь наполнил бокалы.
— Теперь, когда жертва Богам Удачи и Успеха принесена, - мать подняла бокал. – Предлагаю выпить, за те роли, что мы играем в жизни. Талантливо или бездарно, умело или нелепо, но в эти роли мы вкладываем душу и доиграем их до конца!
Ткань её халата, хоть и намокла, но сохранила форму. Зато, блузка жены плотно облепила лифчик и живот. Хорошо, что я не стал предупреждать её об этом обычае.
— Виват! – поддержал я. Мы чокнулись и начали пить.
— То есть, теперь всё по нормальному? – жена всё ещё сомневалась, но приложилась к своему бокалу, настороженно посматривая на нас.
— Доченька, в этой семье никогда и ничего не было по нормальному, - мама рассмеялась сатанинским смехом, и резко его оборвала. – Надеюсь, вы продолжите эту славную традицию. Игорь, твоя сперма пылала во мне, когда я была на сцене. Кажется, это была лучшая игра в моей жизни. Мариночка, прикосновение твоего язычка до сих пор храню в своём сердце. Восхитительная неожиданность! Именно такие маленькие радости, и украшают нашу
Кабинет сексопатолога