этого выносить. Я не хочу больше иметь с ними ничего общего!
У меня на глаза навернулись слезы. Мне не нравилась моя семья; я даже не уверен, любил ли я свою семью больше. Но, когда я смотрел на Дианну, я чувствовал любовь, чувствовал МОЮ семью. Что ж, то чувство исчезло много лет назад, теперь я начал это понимать. Долгое время я терпел их, но на этом все. По логике, это должна быть улица с двусторонним движением. Я же просто терпел, насколько я мог вспомнить их отношение ко мне, но до конца жизни я не мог понять, почему семья может относиться к кому-то так, как они. Я начал плакать, оплакивая потерю чего-то, чего я никогда по-настоящему не понимал, что я потерял. Диана положила руку мне на ногу.
— Все в порядке, любовь моя. Я понимаю. Я очень горжусь тобой! Послушай, давай подождем несколько недель, и я войду в пустоту ради тебя. Я действительно не хочу разговаривать с ними без тебя, но в этом случае я буду твоим защитником и прослежу, чтобы они поняли, что мы с ними покончили.
— Ди?
— Да?
— Ты в порядке?
Она покачала головой:
— Нет, Гарри, я, как и ты, не в порядке. То, что я тогда тебе сказала, я знаю, я думаю, нам скоро придется об этом поговорить. Если мы действительно вычеркиваем твою семью из нашей жизни, нам нужно поговорить об этом. Мне нужно сказать тебе кое-что, но я боюсь, и, как я уже говорила тебе, я знаю, что это некрасиво, и я не знаю всего. Но ты должен знать, что я так сильно люблю тебя, и моя любовь, моя жизнь, сама моя душа принадлежат только тебе. Так что я буду сражаться за тебя. На этот раз я постою за своего мужчину!
Она дрожала, когда говорила это. Я был зол и взбешен, но она была напугана, и я почувствовал, что поднимаюсь над своими чувствами.
— Мы можем поговорить об этом сейчас, ты вся дрожишь. Мы можем найти место, где можно остановиться?
— Нет, Гарри, мне нужно немного времени, чтобы разобраться с этим. Есть вещи, за которые мне нужно ухватиться. Не мог бы ты довериться мне на пару недель?
— Ди, я не знаю, я волнуюсь. Мне не нравятся страх и печаль, стоящие за тобой прямо сейчас"
Она прослезилась:
— Я знаю, детка, но если мы сделаем это, мы сделаем это правильно, и мне для этого НУЖНО привести кое-какие вещи в порядок, прежде чем мы поговорим, хорошо?
— Мне это не нравится Ди, но да, я буду доверять тебе. У меня такое чувство, что все это изменит нашу жизнь больше, чем я хочу признать. Однако, пожалуйста, не занимай много времени. Во всяком случае, этот день показал мне, что я борюсь здесь, в темноте, с чем-то, о чем я ничего не знаю, и это пугает меня до чертиков!
Мы провели большую часть пути домой, убеждая друг друга, что все будет хорошо. Но в глубине моего сознания собирались грозовые тучи. Я чувствовал, что Дианна потрясет мой мир откровениями, которые мне не понравятся, и ей нужно было время, чтобы подготовиться к этому. Черт возьми, это было совсем не весело.
Мы достали из холодильника остатки еды и немного поели, прежде чем лечь спать. Я проводил вторую половину дня в офисе, готовясь к нескольким презентациям в ближайшие недели, но утром мы с Дианой завтракали с Джеком и Синди. Когда мы легли в постель и поцеловались, Ди схватила мой член и захихикала.
Работа