— Он сказал мне, это было после того, как я объявила о нашем свидании, он сказал мне, что если я не буду поступать по его, он скажет тебе, что мой дядя сделал со мной что-то, он сказал мне, что он позаботится о том, чтобы ты никогда не прикоснулся ко мне с тех пор, как я стала шлюхой и порченым товаром.
— Как ты отреагировала? —
— Это было действительно тяжело. Я сильно влюбилась в тебя, поэтому не хотела тебя терять. Кроме того, то, что он назвал меня шлюхой, сильно ударило меня. Тем не менее, я также знала тебя достаточно, чтобы знать, что ты сделаешь свой собственный выбор. Поэтому я сказала ему, что буду посредником, если тебе и семье нужно будет поговорить о вещах, но я ни в коем случае не буду просить у тебя денег. Они твои, он может угрожать мне, разоблачать меня, но я не стала бы предавать тебя таким образом.
Внезапно это было похоже на то, как будто с меня сняли груз, с которым я носился годами и о котором я даже не подозревал.
— Дианна, прежде чем ты скажешь что-нибудь еще, я должен тебе кое-что сказать, — она посмотрела на меня, и я увидела нарастающее беспокойство. Она только что сказала мне кое-что, что могло бы положить конец нашим отношениям, если бы я захотел, и была готова снова взорваться. Я почувствовал, как ее руки еще крепче сжали мою руку. Я похлопал ее по руке в ответ.
— Ты самая невероятная, удивительная женщина, которую я когда-либо встречал. Я так сильно любил тебя еще до того, как узнал эту историю. Я любил тебя как центр своей вселенной, и я не думал, что смогу любить тебя больше. Когда я увидел тебя на той кровати в комнате моих родителей, мне показалось, что все внутри меня было вырвано, что мое сердце и душа были удалены, и я стал просто пустой оболочкой. Очевидно, когда я попал в полицейский участок, я был почти в кататоническом состоянии. Мой мир так сильно рухнул. Я любил тебя так сильно, что я был потерян для всего.
Она была готова сорваться, снова потекли слезы. Она опустила взгляд на свои колени:
— Ты говоришь, что любил. Изменило ли то, что они сделали со мной, твою любовь ко мне?
— Нет. — Она посмотрела на меня снизу вверх. — Нет. Если уж на то пошло, моя любовь к тебе стала сильнее, чем раньше. Дианна, любовь моя, тебя использовали, предавали, ты боролась за меня и ни разу не сделала ничего, что могло бы опозорить меня. Ты пошла в тот дом, чтобы взять то, что, по твоему мнению, должно было быть у меня. Да, ты не рассказала мне всего, но при свете дня я не могу придраться к твоей логике, и даже среди этого дерьмового шторма, в который мы попали, ты все еще борешься за меня, за нас. Дианна Другая, я не мог бы любить тебя больше, чем сейчас. И я могу сказать тебе, что на тех, кто причинил тебе боль, будет излит какой-то ужасный гнев, можешь не сомневаться. — Я сделал паузу и взял себя в руки. — Детка, я знаю, что это будет тяжело, нам придется много бороться, но если у тебя есть я, то я на каждом шагу буду рядом на этом пути!
Сказав это, я наклонился, схватил ее за подбородок и поцеловал, глубоко и долго, позволяя всем моим чувствам любви излиться в
Мерцающий экран компьютера