что нас могут обнаружить постоянно мешались. Чтобы отвлечься от этого, я стал одной рукой стимулировать себе сосок. Это дало необходимый уровень возбуждения и дело пошло слаженнее. Трюк с сосками я подсмотрел у мамы, странно что не хотелось использовать этого раньше. Она тем временем старалась, наращивая темп. Я тоже отключил голову и просто стал мечтать о том, как мне хочется кончить любимой женщине в рот прямо на улице. Под конец я напряг ноги и встал на цыпочки, чтобы смочь разрядиться. Мама всё поняла по моим сдавленным стонам и своевременно всосалась так, чтобы ни капли не пролилось мимо. Она оторвалась от члена с сильным причмокиванием и посмотрела мне в глаза. Они выражали доброту и какое-то счастье. Это было очень заразительно, но я всё ещё отходил, поэтому только и смог погладить её по голове, запрокинув голову.
Но долго это не длилось, как только кровь отступила, я почувствовал не самый приятный сквозняк и пришлось натянуть штаны обратно.
— Развратник, - сказала шутливо мама, - посреди улицы голышом стоишь! Стыд-то какой, кого я воспитала?
— Ох, а сама-то! - ответил я, - возможно придётся тебя за этого наказать, чтобы так не шалила.
В полумраке цвета были плохо различимы, но по знакомому выражению лица я понял, что она покраснела, и ей это понравилось.
Мы резко притихли, когда услышали смех. Кто-то также как мы, пролез в дырку в заборе и шёл по пустырю. Судя по голосам, это была компания из нескольких молодых парней и девушек. Они увлечённо болтали и довольно быстро прошли прямо над нами. Стоило бы им остановиться на секунду и глянуть вниз... Но опасность миновала, они стали удаляться, а затем затихли. Мы с мамой настороженно переглянулись.
— Ух ты. Парой минут бы раньше, - прошептала она.
— Ага. Повезло.
Я крадучись поднялся по лестнице и огляделся. Никого.
— Пошли, свободно, - заговорщически сказал я.
Мама неожиданно прыснула от смеха, чуть не сделав это в полный голос. Я почувствовал себя довольно неловко.
— Прости, просто это было так... как в каком-нибудь шпионском кино. Фух. Это я перенервничала немного.
Она чмокнула меня в щёку, я всё же приоткрыл дверь и мы тихонько выбрались. Затем осторожно огляделись и наконец пошли домой, как ни в чём не бывало.
Мама посмотрела на часы.
— Смотри, ровно полночь. Успели. Я успела, - довольно сказала она.
— Ты умница. Я на самом деле не думал, что ты отнесёшься к тому спору настолько серьёзно.
— А как ещё? Это же ты. Честно говоря, у меня давно не было такого чувства, я как будто... живу лучшие дни в своей жизни.
Это было очень романтично, поэтому мы остановились и поцеловались. Я ощутил далёкий привкус спермы во рту, но это меня даже не смутило. Эта женщина только что сделала мне очень приятно, было бы оскорблением стесняться такого. К этому моменту мы уже вышли с территории стройки и были почти у дома.
— А завтра ведь последний день, получается? - спросила она.
— Да, последний день спора.
— Даже как-то жалко, - вдруг призналась она.
— Хэй, это же не значит что больше у нас не будет минетов, правда?
— Нет, конечно, нет. Просто мне нравилась эта игра.
— Ну, ничего, мы сможем придумать другие, - сказал я, и сразу же подумал об анальной пробке.
— Здорово. Уже предвкушаю.
Я ещё немного подумал и всё же решился задать волновавший меня вопрос:
— А ты наши минеты планируешь как-то заранее? Или они спонтанно такими получаются?
— Честно говоря, нет. Как-то оно само всё, в моменте. Так естественно, и каждый раз так по-разному.
На пляже. Часть 3