четвёртую чашку пепси, то уже тогда она почувствовала, что хочет в туалет. И после выпитой бутылки, я ей эту бутылку потыкал в живот и выбросил и потряс его немного.
– Ты уже выпила литр жидкости, надо немного заняться упражнениями. Быстро как-то ушла. Умничка моя.
Я заставил её приседать, в тугих джинсах было очень тяжело, которые давили на живот, так в придачу к этому ещё и карсет туго затянул. Но она старалась делать. И того еле выдержала тридцать приседаний. Пол часа прошло после выпитой жидкости. Было уже 9:30. И час с момента того, как она начала пить.
– Ты ещё не хочешь писать?
– Хочу.
– Не сильно?
– Ну поджимает...
– Не жалуйся мне... Ты не должна жаловаться, а терпеть, не дай бог хотя бы каплю увижу...
Я начал наливать ей кококолу. Она также выпила её. И начала уже класть руки на живот.
– Сильно туго?
– Нет.
Соврала она. Я видел её напряжение. Я опять заставил её приседать 20 раз, так в придачу к этому ещё и отжиматься три раза. Но она всё ещё держалась. Дыша через рот. Было уже 10:30.
Я ей также разлил миниралку. И разрешил растегнуть ширинку, замок которой сильно впирался в мочевой, потому что джинсы и так были малы на неё, приходилось немного втягиваться. Но что замок, если я застегнул ещё на все пуговицы. Которые со всей мощи давили. Но я расстегнул только нижнюю пуговицу, а верхняя чуть впиралась в мочевой. Её губы уже дрожали, и она сжала кулак, а другой погладила живот.
– Что стоишь? Ты забыла?
– Я не смогу... Очень тяжело...
– Сможешь! Ради меня сможешь!
Она сделала десять приседаний и 6 отжиманий, но с моей помощью, моя нога была под её животом и я её так толкал.
Она уже чуть ли не плакала, когда взялась снова за живот, сильно сжав ноги.
– Я уже не могу. Я не могу.
Дрожащи произнесла она.
– У тебя ещё осталась одна бутылка, чистой воды, ещё один часик и всё... И я разрешу тебе снять всю одежду и по писать.
– Х... Хорошо.
Было уже 11:30. Когда я начал наливать ей воду. А затем когда она всё уже выпила. Оставалрсь ещё 20 минут, чтобы было ровно 12:30.
– Потерпи ещё немного, осталось 20 минут, уже 19...
Сказал я. Когда это время пришло. 12:30. Я подошёл к ней. И начал расстёгивать джинсы, одна пуговица со звоном отлетела в сторону. Я снял ей джинсы и она сжала себе промежность. Я сказал ей постараться снять с себя трусы, я потрогал трусы сухие, но я дал ей другие одеть. Затем я снял ей карсет, и она снова сжала руки и ноги. И я снял ей лифчик и потрогал её соски, они были твёрдые - набухшие.
– Встань прямо...
Она постралась выпрямиться. И я тогда мог разглядеть её живот, пузырь прямо сильно выпирал.
– Болит?
По её глазам было видно.
Но я погладил его и поцеловал её живот, а затем нажал и она еле удержала, снова взявшись за промежность. Меня это взбесило. И я наручниками обхватил её запястье одно и приковал к поручням. Было видно как её живот сильно набух.
– Я обоссусь.
Просачилась маленькая капелька, но она смогла удержать в себе нагрузку.
Было ещё час не выносимых мучений. Был уже 13:30. И я решил что ей той жидкости мало, я давил ей на живот и она плакала, просся этого не делать, но напрягалась. Мне нравилось её такой живот, а не плосский., который вываливался из трусов, а не трусы сваливались. Затем из холодильника я принёс банку пива и дал ещё таблетку мочегонки.
По объявлению