— О, дела идут отлично. Она не такая мощная, как "500 Энни", но это все равно хорошее чтение, и это бестселлер.
— Да, это так, мне очень понравилось. Вы знаете, что обе книги являются обязательным чтением в некоторых колледжах?
— Нет, не знал, Бабс. Я знаю, что обе книги получили очень хорошие отзывы.
Бэбс сделала домашнюю работу.
— Да, это так. Cosmo, Vanity Fair, Modern Woman и множество других журналов, ориентированных на женщин, дали им высокие оценки. Cosmo сказал, и я цитирую: "Эти книги должен прочитать каждый, кто когда-либо состоял или состоит в отношениях, а это практически все взрослое население планеты", конец цитаты.
"Mens Health", "GQ" и большинство других журналов, ориентированных на мужчин, вторят этим словам. Опра восторженно отзывалась о них, в своем телеканале. В прошлом году, Вы были в числе претендентов на звание "Человек года", по версии журнала Times. Повлияло ли это на вас, когда вы появляетесь на публике?
— Поначалу немного повлияло, но там, где сейчас живет моя семья, люди почти не замечают. Они гораздо чаще обращают внимание на мою жену и дочерей, все они очень красивые женщины. Некоторые знают, кто я такой, но для большинства я просто пенсионер, который живет в старом доме Джефферса. Мне это нравится. Иногда есть преимущество в том, чтобы быть средним.
— Было ли написание "Средних парней" легче, чем вашей первой книги?
— На самом деле, это было гораздо труднее, по целому ряду причин. Я никогда не собирался писать снова, я думал, что сказал все, что хотел сказать, в первой книге. "Средний Джон" был идеей моей жены.
.................................................
Мария пошла домой, с моим кольцом на пальце. Я немного опасался реакции детей, но они, цитируя Микки, были "не против".
Кэсси и Тина позвонили и спросили, не слишком ли рано начинать называть меня папой. Я чуть не подавился слезами и сказал им, что я буду очень гордиться этим, но сначала нужно посоветоваться с их мамой. Она ответила, что я могу привыкать к этому.
Рекламный тур наконец-то закончился. Перефразируя английского поэта, "я стряхнул пыль Европы со своих ботинок" и вернулся домой.
Дом был довольно интересным понятием. Я арендовал четырехкомнатную квартиру в Чикаго, потому что Мария не хотела забирать детей из школы, до конца учебного года и отказывалась жить со мной до свадьбы.
Мои издатели уговаривали меня написать еще одну книгу, пока первая была еще так популярна, но мне это было совершенно неинтересно. Однажды вечером я обнимался с Марией, она с детьми проводила почти все выходные в нашем доме, и она спросила меня, не думал ли я об этом.
— Не совсем. Я не думаю о себе, как о писателе такого рода. "500 Энни" на самом деле была случайностью, стечением обстоятельств, которые никогда не смогут повториться. У меня нет воображения, чтобы писать фантастику, и я не могу придумать ничего другого, что бы меня заинтересовало.
— Почему бы тебе не написать об отношениях? Кажется, у тебя это хорошо получается.
— Я уже сделал это, дорогая, и, честно говоря, мысль о том, что мне будут рассказывать истории своей жизни другие женщины, меня больше не привлекает.
— Кто сказал, что это обязательно должны быть женщины? Никогда не задумывался, что думают парни?
— Не совсем, я представляю, что все они думают так же, как я.
Она села в постели и притянула мое лицо к своему.
— Вот тут ты сильно ошибаешься, любовь моя. Я никогда не встречала мужчину, который думал бы так же, как ты. Я сомневаюсь, что ты сможешь найти такого. Ты один на миллион, может быть,
И вечная весна