большой костёр «Друзей». Возле которого можно будет собраться все-всем, и, как следует, познакомиться. Мы, ведь, почти никого ещё не знаем. Споём разные песни. Послушать гитару. Да, хотя бы, просто поговорим! Будет очень здорово. Правильно? – одарила она окружающих невероятно красивой улыбкой, задержав свой любящий взгляд на лице мужа.

Ну как, счастливой по жизни, замечательно-юной, красивой девушкой отказать в разумности такого решения!

— Идея неплохая, - с трудом пригасив восхищённый взгляд от созерцания чуда, произнёс Большаков. – Под гитару у костра – особенно хорошо и поётся, и общается. Если, у кого-нибудь из приехавших, она найдётся, обязательно устроим вечер бардовской песни. Я бы тоже, кое что из Владимира Семёновича исполнил. Про горы...

— Гитара есть у Сени, - сказал один из физруков. - Я видел. В чехле вёз.

— Вот как? - повернулся Большаков к кудрявому обладателю Томочки. – А почему молчишь? Или не играешь, а возишь для проформы?

— Играю, - сказал Арсений. - Под настроение.

— Он ЗАМЕЧАТЕЛЬНО играет, - заверила Томочка. – Лучше всех! Этим меня и покорил. Правда, правда! Вот увидите, какой он классный гитарист. На нашем костре «Друзей» услышите...

— Хорошо, - Борис Петрович развёл руками, - а как же я Сёмину гитару не заметил?

— Так вы же не с нами в автобусе ехали, а в «Москвиче» Степановича.

— Ну, да, конечно... - принял пояснение Большаков.

...

Да, он собирался ехать в «Ястребок» со всеми. Автобус обещали подать к проходной завода в одиннадцать. На «Командирских» Бориса (таки сохранил армейскую памятку), фосфоресцирующие стрелки показывали семь утра. На неторопливые сборы времени хватало.

Борис уже начал сортировать разложенные на полу вещи, когда в дверь художественной мастерской позвонили. На пороге стоял Гржабовский.

— Бери всё подряд, на месте рассортируешь! - велел председатель, помогая оторопевшему Большакову запихивать верёвки, горное «железо» и прочее барахло в брезентовые мешки.

— Что за спешка? – пытался уяснить Борис, наполняя «абалаковский» на автомате.

— Решил подбросить тебя в «Ястребок», так сказать, с комфортом. На своей машине...

Анатолий Степанович взял мешок полегче, поволок его к выходу: - Не задерживайся!

— Да я ещё не завтракал...

— Перекусим на даче...

«Черт побери! Какая дача?!»

Забросить на плечи свой «абалаков» Борис не рискнул. Слишком много острых углов выпирало у того через брезентовые бока. Понёс, как баул, держа за лямки. На выходе из подъезда увидел в легковушке «девушку с вислом». Причина «пожара» стала очевидной. Ольга Ивановны спешила убить сразу двух зайцев – сделать полив на загородном участке (воду дают только с утра), и, на обратном пути - посетить пионерский лагерь.

— Надо же ознакомиться с местом, где буду жить (не работать, а жить, отметил Большаков), полтора месяца. Интересно ведь знать, к чему готовиться... – говорила тренерша по волейболу, сидящему за спиной Борису.

Зажатый между «абалаковским» и «яровским» рюкзаками, Борис клял «комфортную» поездку по «дороге» хрен знает какого значения. Ухабины и промоины напоминали его бокам, что возить альпинистское «железо» не уложенным, между мягкими вещами, простительно «чайнику», но не мастеру спорта.

Когда дорога стала ровнее, пассажир на заднем сиденье начал замечать, что юбка на красивых ляжках супруги водителя коротка и (по мере подскоков), продолжает укорачивается, а вырез кофточки - слишком свободен для сфер больших грудей. При малейшем подскоке, эти весомые дыньки задорно выскакивали наружу, демонстрируя свой объём и незагорелую упругость.

Ольга Ивановна неторопливо заправляла «беглецов» под облегающую ткань и, при этом, смотрела на Большакова в зеркало заднего вида. Борис Петрович взгляда не отводил. Мол: «Что показывают, на то и - смотрим!» Ольга Ивановна понимающе улыбалась. Пикантность моментов улучшало дорожное путешествие...

...

На исходе первого дня работ на территории

Эротические и порно XXX рассказы на 3iks

Прочтений: 23104

Эксгибиционистская фотосессия

Москва товарная или сотня маленьких разочарований.

Лесбийский секс с братцем

Все что ты делаешь

Вуайерист. (Том Первый)