Я так расстроился, что даже из палаты решил не выходить, чтобы не попасться на глаза Андрею. Но показаться всё равно пришлось. Во время завтрака. И когда я увидел Андрея, я готов был провалиться сквозь землю. А он, как ни в чём ни бывало подошёл ко мне, хлопнул по плечу и сказал: «Пойдём во двор, прогуляемся?» Но я не мог же сказать «нет». В конце концов мы же не враги, а даже как бы совсем наоборот. Ведь между нами была такая тесная интимная близость: я сосал его самый грязный орган. Хотя в тот момент он был чисто вымытым.
Мы вышли во двор. Увидев, что рядом никого нет, я сказал: «А ты не расскажешь про это никому?» А он даже удивился: «А с чего я должен рассказывать?» Это меня успокоило.
Мы шли всё дальше. И я заметил, что мы идём в сторону парка и всё больше углубляемся в него. Территория больницы примыкала к старому заброшенному парку. Он весь зарос. Даже тропинок не было. Тут редко кто ходил. За парком были частные дома. И только жители этих домов иногда ходили через парк в магазин. Мы забрели в густые заросли кустов и деревьев. И Андрей совершил следующее: крепко поцеловал меня в губы. У меня закружилась голова, ослабли ноги и я опустился перед Андреем на колени и закрыл глаза. Через какое-то время я почувствовал, как в мои губы упёрлось что-то тёплое, пахнущее одеколоном и потом. Я заглотил это в себя и начал сосать всё в нарастающем темпе. А это мягкое стало твердеть и расти у меня во рту. Я сосал и сосал и потерял счёт времени. И только когда струя спермы ударила в рот, очнулся, открыл глаза, но продолжал сосать. Только слегка отодвинулся, чтобы сперма не текла мне на грудь. Перед моими глазами был мохнатый лобок Андрея. И у меня возникло желание: когда Андрей полностью спустит мне в рот, я расцелую этот лобок, и яйца, и область бёдер вокруг. Андрей спустил, достал из кармана предусмотрительно взятую салфетку, подал мне и сказал: «На, вытри». А я подумал, что его член надо вытереть и начал его вытирать. «Да рот свой вытирай. У меня для себя ещё салфетка есть» — сказал Андрей. Я вытер рот, подождал, когда Андрей вытрет свой член и бросился целовать его яйца. Я держал их в руке как два помидора и целовал. А потом начал лизать. Я лизал их, лизал, вдыхал их запах и не мог угомониться. После этого начал целовать его мохнатый лобок. Волоски приятно щекотали мой нос. А потом начал лизать те места, где бёдра примыкали к животу. После этого начал целовать и лизать его бёдра. Как это было приятно: целовать и лизать всё, что окружало его замечательный член.
А потом мы ещё три дня встречались в этих зарослях, пока Андрея не выписали. Но мы знали: мы ещё встретимся.
И вот через неделю, как я тоже выписался из больницы, он мне позвонил. Он сказал, что есть возможность встретиться завтра. Его жена и дети куда-то в гости уезжали, и он предложил мне встретиться у него на даче. Как это меня обрадовало! Ведь два дня мы будем вместе.
И вот свершилось! Мы едем на его «ниссане» на дачу. Я был в большом волнении. Нас ждала масса удовольствия.
И вот мы на даче. Мы зашли внутрь. И оказавшись совершенно наедине, вдали от людских глаз и ушей, я вдруг расчувствовался. Мне захотелось выговориться. Я обнял Андрея и заговорил, но почему-то
Плата за увольнительную