Потому что настроение ушло – магия, а когда заклинание разрушено, нет смысла пытаться вернуть его. Я видел это раньше... да, я могу заставить тебя оргазмировать полночи, и это будет приятно физически, но это даже не сравнится с тем, что у нас только что было, как физически, так и ментально. Так что, давай просто оставим этот опыт на высоте, и когда-нибудь в будущем я обещаю сделать это еще раз... и гораздо сильнее, – сказал Стиви.
– Но я даже не довела тебя...
– Все в порядке, детка. Если я добьюсь своего, у нас будет еще много шансов в течение долгого, долгого времени.
Стиви нежно поцеловал Дженнифер в губы и позволил себе выйти из дома.
В следующие выходные Дженнифер попросила родителей посидеть с Аннализой всю субботу, и Стиви вознаградил ее лучшей ночью секса в ее жизни. За три часа игры Стиви насчитал семнадцать оргазмов. В какой-то момент Стиви нежно играл языком с ее клитором, когда Дженнифер перешла от низкого рычания к резкому крику, за которым последовали неконтролируемые спазмы. Стиви быстро поднял голову и увидел, как глаза Дженнифер закатились, и она резко остановилась, потеряв сознание. Стиви усмехнулся про себя, ведь это был не первый раз, когда он доводил партнершу до потери сознания. Он внимательно прислушался, чтобы убедиться, что та дышит, а затем лежал, положив голову ей на бедро, пока она не очнулась.
– С возвращением, красавица, – сказал Стиви.
– Неужели, Стиви? Неужели? – это все, что она смогла пробормотать.
***
К Рождеству Стиви был полностью увлечен и Дженнифер, и Аннализой, но один конкретный случай запечатлел сделку в его сознании. Аннализа участвовала в рождественском спектакле в своей школе, где присутствовали и Дженнифер, и Стиви. После спектакля, когда родители поздравляли детей, ели рождественское печенье и пили молоко в школьном кафетерии, Аннализа разговаривала с несколькими другими маленькими девочками, когда одна из них спросила Аннализу, кто такой Стиви? Стиви был достаточно близко, чтобы услышать этот разговор, хотя в тот момент знал, что Аннализа его не видит.
– Это мой папа, – небрежно сказала она. – По крайней мере, надеюсь, что он согласится на эту работу.
В горле Стиви образовался комок, и он удивился, когда по его левой щеке скатилась слеза.
– Папа, – прошептал Стиви про себя. – Папа. Папа. Папа. Пааааапа. О, да. Папа!
Сочельник провели в доме Марио и Марианны. Рождественское утро прошло в доме Стиви. Дженнифер и Аннализа украсили дом для Стиви, потому что он был евреем, и единственный раз дом украшали, когда это делала Трейси, когда они были женаты. Стиви оставил девочкам инструкции, что он хочет, чтобы дом был праздничным, и выдал им хороший бюджет.
Утро прошло в радости и смехе, каждый открывал свои подарки медленно, чтобы остальные могли видеть. Когда все закончили открывать подарки. Стиви попросил всех остаться в гостиной, а сам сходил в свою спальню и вышел оттуда с последним завернутым подарком для Аннализы. Ребенок схватил его и, улыбаясь, разорвал золотую и красную оберточную бумагу. Это оказался яркий рождественский свитер с надписью «Папина дочка», написанной спереди печатными буквами.
Ребенок сначала выглядел потрясенным, а затем начал открыто плакать, бросившись через всю комнату в объятия Стиви.
– Я знала, что это именно ты, когда впервые увидела тебя в закусочной, – плакала она.
– Подожди. Сначала мы должны все сделать официально, – сказал Стиви, доставая что-то из-за спины. Он протянул Дженнифер коробочку с кольцом. – Ты сделаешь меня самым счастливым человеком на планете, если станешь моей женой и позволишь мне стать отцом Аннализы.
Когда Дженнифер сказала «да», Аннализа унаследовала еще
Госпожа как феномен высшей математики. Часть 2