в ванной, но это было не то, что я стала испытывать теперь.
– То, что ты испытываешь, называется оргазм.
– Знаю!
– А признайся честно, – я внимательно посмотрел на неё, кого ты представляла себе, когда мастурбировала? Только честно?
– А зачем мне врать, тебя конечно, точнее, твой член. Я как увидела его на озере, так и не забывала до вечера, ждала, когда ты заснешь, чтобы потеребить писю.
Я лежал молча, не зная что сказать. Сказала она, точнее попросила:
– Петрович, а можно я его потрогаю?
И, не дожидаясь ответа, она опустила молнию на моем спальнике вниз, взяла в руки мой каменный член, и стала водить по стволу, обнажая и открывая головку.
– Аня, что ты творишь, прекрати, – сказал я осипшим голосом.
– Но, почему, – ответила она, – тебе же нравится?
– Нравится не то слово, – дрожащим голосом, – но я же намного тебя старше!
– Ну и что, разве это важно. Ты же видел, как я кончила, и сильно возбудился. Но ты же не будешь сам мастурбировать при мне, а разрядиться тебе надо.
Она продолжала дрочить мой член и я почувствовал, что сейчас кончу. Она тоже это почувствовала и бросила мне свои трусики.
– Спусти на них! Как я мечтала о том, что ты зальёшь их спермой, а я буду вбирать в себя запах, лизать, а потом одену на себя и буду ощущать её на своей писечке.
Её слова стали спусковым крючком, и мой член начал выстреливать струи. Она подхватила свои трусики и обмотала ими член так, что вся сперма осталась в них. Когда тот перестал дергаться, Аня обтерла сухой стороной член и убрала трусики к себе в спальник.
– И как я теперь буду жить? – придя в себя, начал я было говорить, но она меня перебила.
– Ещё лучше, чем до этого. Ты же себя всё время обманывал, хотел чего-то подобного, но не признавался себе в этом.
– Слушай, Петрович, а пойдем ка купаться на озеро, заодно и обмоемся. Ночью вода теплая.
Мы обмотались полотенцами и побежали на озеро. Чистое небо было, усыпано яркими звездам, От крупной луны у горизонта к берегу, как на картинах Ван Гога, тянулась широкая желтая дорожка, .
– У нас тут вообще-то принято купаться голыми, – сказал я Ане, – но, если стесняешься, то можешь отойти за те кусты.
– Вот ещё глупости, – захихикала она и, сбросив под ноги полотенце, – стесняться после того, что только что было в палатке?
Мы почти одновременно плюхнулись в воду, подняв массу брызг, и встретились уже далеко от берега. В темной воде просвечивались только контуры наших тел. Только когда мы ныряли, я видел её белую попку, а когда она ложилась на спину, на поверхности появлялись её маленькие сосочки. Улучив момент, когда я пялился на неё, Аня подплыла ко мне и выпрыгнув из воды резко надавила на мои плечи, а сама хохоча поплыла в сторону. Я нахлебался воды, вынырнул, отфыркался и стал её догонять. Хотел было сделать то же, что и она, но пожалел её, стал просто плескать ладонью в лицо. Эти игры на воде слегка отвлекли меня от постоянно вертевшихся в голове мыслей, что случилось и как теперь себя вести с Аней. Набаловавшись вдоволь, насмеявшись, мы вернулись на берег. Я украдкой подглядывал за ней а она за мной. Замерзший от воды и сморщившийся член мой стал оживать и принимать вертикальное положение. Я повернулся в профиль к ней, раздвинул ноги и продолжил, старательно вытирать промежность, так, что член поднимался, опускался, болтался туда-сюда.
Студентка