скольких мужиков и до, и после пробовала – все не то.... Черт, опять меня сегодня несет не туда, с Дениской так не буду... Ирка убьет... И так встанет, никуда не денется, молодой еще... Хотя... его папашка тогда много старше был? Все равно не буду... Что еще? Ирка с Пашкой мешают? Так они сегодня, после вчерашнего, любиться не собираются, так что спешить им незачем...»
Аля выдохнула.
«И вообще, давай-ка сходим, попьем, успокоимся. А заодно и посмотрим, что там Ирка с Пашкой делают».
Злодей Денис на ее проход мимо него не обратил ровным счетом никакого внимания, что опять малость подпортило Але с таким трудом приведенное в порядок настроение. Налив себе на кухне стакан чаю, она зашла в гостиную и уселась в кресло. Аккуратно одернула коротенькие полы халатика, после чего уставилась на родственников.
Ира, уютно поджав под себя ноги, сидела в углу дивана, вытянувшийся во всю длину Пашка устроил голову на ее бедре. Оба смотрели не Алю, но по-разному: машинально почесывающий сквозь трусы под яйцами Пашка – с трудом сдерживая смех, Ира – с некоторым удивлением.
Оглядев себя и не найдя ничего, заслуживающего столь явного неравнодушия, Аля подняла глаза:
— Че не спим?
Родственники переглянулись и дружно хихикнули. Потянувшись, Пашка лениво ответил:
— Кино смотрим... Минут двадцать еще, да и пойдем...
— А чего так на меня смотрите?
Ирка сделала удивленные глаза: мол, да никак мы на тебя не смотрим, с чего ты взяла? Но муж был склонен к лицемерию куда меньше.
— Дык чего ж не посмотреть... Цветешь и пахнешь... Раскраснелась вся, и в трусиках, наверное, непорядок? И чего это вы там с Дениской делали, а? В тишине-то?
Алька, неожиданно для себя, чуть смутилась.
— Это... Уроки делали... А сейчас Дениска читает, а я на балконе постояла, воздухом подышала...
Пашка продолжал ехидничать:
— «Воздухом», говоришь? Ну-ну... Ты ж вчера другим собиралась заниматься?
Уже справившаяся со смущением Аля показала ему язык:
— А еще займусь! Время вон, вполне детское!
— Чего тогда нас спать гонишь?
Тут Аля смутилась опять. А действительно, чего?
— Ну...
В ответ на эту неуверенную реплику оживилась Ирка. Вытянула ноги, очень похоже на мужа потянулась и, улыбаясь, уставилась на сестру:
— Нукаешь ты. Нукать нукаешь, а сама аж трясешься. Брысь, шалавка! Кино только смотреть мешаешь...
Аля прыснула:
— Ой-ой-ой! Помешала я вам! Ну и подумаешь!
Ирка ворчливо ответила ей: «Иди-иди... Тем более, что у вас уже вон... не тишина. Дверь закройте, а то мешает!», и Аля, забрав со столика недопитую чашку, с гордым видом развернулась к выходу из комнаты. Сделала шаг вперед, и была остановлена обеспокоенным голосом сестры:
— Слышь, Алька... Смотри там у меня! Ох, смотри!
Обернувшись, Аля увидела, что сестра, подозрительно глядя на нее, грозит ей кулачком, а Пашка откровенно ржет. И вышла.
Проходя пару шагов до открытой двери их комнаты, успела подумать: «И впрямь, чего жду-то? Дверь закрыла, и все. Вроде, спим мы, не мешать. Да если и зайдут, чего они там увидят? Как Дениска дрочит? И пусть их... Ой, подруга, ты же поводы искала, оттягивала дело, как могла. Не знаешь, чем кончится, вот и тянула. А вот хрен ему, козлу малолетнему. Не пущу в пизду, пусть вприглядку обходится пока. Или я с мужиками справляться не умею?»
Но в глубине души она подозревала, что с Пашкиным сыном, вполне возможно, не совсем тот случай. Или даже совсем не тот. Вот только Ирка об этом еще вряд ли знает.
В спальне за время ее недолгого отсутствия случились разительные перемены. Вместо бра над Денисовым диваном, в комнате теперь горел яркий, но не режущий глаза верхний свет, в углу светилась
Тетя Агнесса