в то время единственного надежного основания для развода в Нью-Йорке. Миссис Рич искала как выгоды от своего брака, так и большой зарплаты. Муж этой женщины хорошо заплатил Рэнди за то, чтобы ответственность за беременность взял на себя тот. После выкидыша Портеры продолжали сдавать желанную Сесилию в аренду в качестве любовницы другим богатым театральным меценатам. Несмотря на то, что ни одна из актерских карьер не преуспела более чем на незначительном уровне, пара преуспела довольно хорошо: Сесилия играла любовницу, а Рэнди - покладистого мужа.
В начале двадцать первого века на сцену вышел Роберт Монтгомери. Сесилия слишком долго была в зубах у высшей лиги, а стареющий священник искал тихое пристанище на пенсии. Портеры купили дорогой дом в богатом пригороде Вестчестера, а Роберт обеспечивал постоянный доход от щедрой пенсии епархии. Чем Роберт заработал такую щедрую пенсию, было неясно. Известно лишь, что он был очень близок к архиепископу до того, как тот стал кардиналом. Портеры и Монтгомери жили в Вестчестере в каких-то отношениях по меньшей мере пятнадцать лет.
— Миссис Портер, я могу привлечь вас к суду присяжных и задать вопросы относительно ваших отношений с отцом Монтгомери. Однако у меня нет желания делать это. Я хочу вернуть то, что, по моему мнению, является украденными государственными документами. Документы, которые мне, как специальному прокурору, необходимо вернуть.
— Уверяю вас, мы были просто близкими друзьями, - сказала она.
— Но большое жюри может подумать иначе и обвинить вас, скажем... в проституции.
— Это возмутительно. Меня никогда бы не осудили за это.
— Кто сказал про осуждение. Судили бы - да, и в этом ваша проблема. Никто не хочет, чтобы сплетничающие соседи узнали реальные факты.
Сесилия на мгновение задумалась, затем поднялась на ноги. Она вернулась с большой бухгалтерской книгой.
— Вот! - жестко сказала она. - Это - единственный документ, оставленный Робертом.
О'Рейли взглянул на гроссбух. Он касался счета, начавшегося со значительного вклада, но с годами уменьшавшегося и исчерпавшегося пять лет назад. Там было всего два имени с обозначениями дат и сумм платежей. А также список номеров банковских счетов, включая банковский идентификационный код. К чему бы это ни относилось, это было не то, что он искал.
— И больше не было ничего. Возможно, папка, которую кто-нибудь пришел и забрал? - спросил он.
— Нет, ничего. Теперь вы можете оставить меня в покое?
— Да, и спасибо, - сказал он, слегка взмахнув книгой. Это что-то значит, - подумал он.
***
Номер в отеле был неплохим, а «Мариот» в Мидтауне был таким большим и оживленным, что Линда прошла через вестибюль в номер, и никто ее не заметил. Встретившись с ней за обедом Стивен дал ключ от номера. Хорошо, что не пришлось возвращаться на поезде в Вестчестер. Тайная встреча в Сити казалась очень волнующей. Он договорился о сегодняшнем и завтрашнем вечере, прежде чем вернуться на север. На север, туда, где каждый из них оставил свою машину на вокзале в Кротоне, они поедут вместе на поезде.
У Стивена была встреча по новому делу. Он задержится, но не слишком, и они договорились поужинать в номере около девяти часов. Для этого случая она купила новое белье - бледно-розовое тедди с белой кружевной отделкой. Придя в номер, она отправилась в душ. После душа надела тедди и сделала макияж. Она немного побаловалась с новыми духами, Gabrielle от Chanel, включила телевизор на CNN и легла на кровать, чтобы подождать.
Должно быть, она заснула, и проснулась от того, что он украдкой поцеловал ее губы. Его руки властно двигались по ее телу. Он был обнажен, и
Однажды ночью