Когда дети разошлись по своим комнатам, Линда пришла и села со мной:
— Мне звонила Натали.
— Я знаю, я слышал.
— Нет, она говорила со мной после твоего звонка.
Она выглядела близкой к слезам, когда говорила:
— Она была расстроена, я никогда не знала, чтобы она была такой, ты, должно быть, задел за живое или что-то в этом роде?
— Что она сказала?
— Что я должна рассказать тебе все, быть правдивой, ответить на твои вопросы, что ты очень расстроен и что это на мне, ну на нас троих, в основном на мне, но также на ней и Гранте.
Я заметил, как по ее щеке скатилась слеза.
— Я хочу знать правду, у меня было три вопроса, которые мне нужно было задать ей, чтобы проверить твои ответы, но в разговоре с ней, у меня возник четвертый вопрос.
— Зачем тебе понадобилось проверять? Я всегда была честной... Нет, я не была... не так ли? Я...
Ее взгляд переместился на пол, а голова опустилась, когда она осознала, что говорит.
— Ты так долго скрытно лгала - как я могу доверять тебе, что ты скажешь мне правду сейчас, особенно если ты знаешь, что наш брак под угрозой? Я ясно даю тебе понять, что ложь обязательно приведет к его окончанию. Это на твоей совести. Вся эта ситуация создана тобой, и ты единственная, кто вызвал ее, и что еще хуже, ты всегда знала о моей клятве, о моем обещании самому себе, и все же, ты предала меня. Только у тебя есть шанс, убедить меня не разрушать семью, которой я дорожу превыше всего, и поверь мне, это очень маленький шанс, очень маленький.
Она всхлипывала, осознание того, что она сделала, казалось, наконец, осенило ее, я решил ударить ее побольнее и добавил:
— Ты должна убедить меня, почему я должен продолжать жить с платной шлюхой!
Она вскинула голову, и прежде чем я успел отреагировать, она подскочила ко мне и сильно ударила меня по лицу.
— Я не. .. — Затем, не закончив, она рухнула на пол у моих ног и прошептала: — Но ведь, я такая? Ты прав, в твоих глазах я именно такая, и так было уже долгое время. О! Джон, что я сделала? Все, что ты когда-либо делал, это любил меня и. ..
Не в силах продолжать, Линда просто рухнула к моим ногам и лежала там. Затем я услышал, как она глубоко вздохнула, подняла голову и посмотрела на меня глазами, полными слез:
— Спроси меня о чем угодно, я отвечу честно, обещаю. Тебе будет больно, но поверь, что мне будет гораздо больнее знать это.
— Хорошо, мы можем начать, сначала я хочу знать - почему, включая то, как это началось.
Она потянулась за салфеткой из коробки на кофейном столике. Высморкавшись, она сделала еще один глубокий вдох и начала.
— Они были так добры ко мне, дали мне работу, обучили меня, это была моя мечта, вся команда так хорошо работала вместе. Я стала их неофициальным лидером, связующим звеном между персоналом и руководством. Мы с Натали, так хорошо работали вместе, Грант - не очень.
— С самой первой нашей встречи, у него был такой взгляд, как будто он мог заглянуть мне в душу, поначалу это нервировало, но потом я просто приняла это, как его манеру. Он никогда не давал мне повода для беспокойства, не делал ничего предосудительного, он был отстраненным, замкнутым, часто неприветливым, грубым даже - ты знаешь, ты встречался с ним, это не притворство, это он сам, его личность.
Высшее наслаждение