Сама испугалась таких развратных мыслей. Он не попросит, а я не решусь на больше. Опустила взгляд, сфокусировалась на мелких камушках в бетоне, захотелось их собрать и сложить узор или слово, вспомнилась известная сказка.
Девушка протянула руку и коснулась его инструмента, провела по всей длине. Парень уперся на локти, издал тихий звук наслаждения. Видела, как головка исчезала в её кулачке. Она толкнула меня, кивнула в сторону Миши. Протянула руку и ноготками коснулась яиц. Не верилось, что я снова ласкаю член. А как же Антон и Потап? Неужели я такая испорченная и развратная. Вздрогнула, поглядывала на подругу. Не могла понять она покраснела больше или просто веснушки в тусклом свете выглядели не такими. Киска увлажнилась и текла. Очень хотелось, чтоб её потрогали и проникли. Коленки затекли, приподнялась и села на кровать, поправила очки. Парень протянул руку и взялся активно мять и массировать мою попу.
— Иди сюда, - он поманил Аллу пальцем. – Спасибо вам, - он ловко избавился от обуви, спустил джинсы вместе с трусами, кинул их на соседнюю кровать. – Вы обе очень классные, - стянул с себя футболку и швырнул её туда же. – Девочки, не стесняйтесь. Покажите свои прекрасные тела.
Переглянулась с подругой, она медленно расстегнула еще одну пуговицу. Видела, как дрожали её пальчики. Выходит, не только я завелась. У меня хоть есть Антон, а она здесь вообще без секса. Мурашки пробежали по коже. Миша наклонилась и взялся помогать ей. Появилась какая-то ревность, что начал не с меня. Им же всегда нравятся пышные формы. Надула губки и смотрела, как он лапал её груди, как они покачивались. Вздрогнула, а киска увлажнилась. В горле пересохло, облизала губы, сама потянула своё платье и аккуратно сняла его, повесила на кровать. На мне серые слипы в черный горошек, на них хорошо виднелось большое мокро пятно. Легкая прохлада прошлась по вспотевшей коже. Загудел холодильник, словно захотел присоединится к нашей развратной игре. Лампочки слегка потемнели.
Парень вытащил грудь подруги из лифа, маленькие соски торчали и показывали её возбуждения. Алла тихо постанывала, продолжала водить ладошкой по его стержню. Миша протянул другую руку, погладил моё бедро. Увидел пятно на моих трусиках и довольно улыбнулся. Хорошо, что они не знают о Грише. Дыхание участилось, мне хотелось тоже потрогать его пульсирующий ствол, но похоже переселенка не думала со мной делится. Ощутила, как его пальцы коснулись промежности, надавили на губки и клитор. Тихо застонала, звук эхом разлетелся по просторному помещению.
— Нравится так? – Миша сдвинул полоску трусиков в сторону и вошёл в истекающую соками дырочку. – Какая же ты мокрая.
— Я тоже хочу, - не дала мне ответить Алла, запустила руки за спину расстегнула бюстик.
— Хочешь? – парень посмотрел на неё. – Раздевайся тогда, - оценивающе изучал её тело.
Слышала, как чавкала моя дырочка. Теперь сама ухватилась за его стержень, водила по горячей плоти, чувствовала его пульсацию. Девушка оголила свои груди, у неё достаточно крупные ореолы, на животе заметные складки. Лишний вес все же портил её фигуру. Она поднялась и спустила шорты, за ними практически сразу последовали трусы. Я б в таких провалилась. Посмотрела на её лобок, на набухшие губы и торчащий клитор. У Ярославы всё как-то там более привлекательно. Вздрогнула, поправила очки. Переселенка забралась к нам. Кровать заскрипела и заметно прогнулась, она сильнее затянула хвостик. Миша протянул руку и так же проник в неё. Видела, как маски наслаждения менялись на её лице. Теперь наши стоны смешались в сладкую мелодию разврата, всё дополнялось чавканьем дырочек, скрипом
Долина мертвых