— Похоже, кто-то только что вызвался вести ориентацию первокурсников, — сказала Энистон с укором.
— Эй! Я не хочу заниматься этим дерьмом, первокурсники такие надоедливые.
— Жесть. Ты должна была подумать об этом, прежде чем оскорблять моего младшего брата. — Энистон немного пошатнулась, когда повернулась, чтобы бросить мне улыбку. — Я единственная, кому это сходит с рук.
Я не был уверен, что сказать, но Виктория воспользовалась этой возможностью, за меня.
— Я собираюсь украсть его на пару минут. — Она положила руку мне на плечи, направляя меня из кухни. — И тебе не стоит беспокоиться, Энистон. Я не буду его оскорблять.
— Мы должны быть в доме братства через час! — сказала ей Энистон.
— Вечеринка все равно не начнется, пока мы не приедем, милая. — сказала новенькая. — Позволь ей повеселиться.
— Чего ты хочешь? — настороженно спросил я, когда худенькая девушка направила меня к лестнице.
— Я хочу хорошенько рассмотреть этот член, — промурлыкала она мне на ухо, отчего волосы встали дыбом, когда она взяла мои яйца и член в одну маленькую ладошку. — Твои сестры дразнят твой член, малыш. Не волнуйся, я планирую вернуть тебе должок.
— Что ты имеешь в виду? — тихо спросил я, опасаясь произвести слишком много шума, когда мы проходили мимо комнаты Бонни. Лестница скрипела позади нас, но когда я попытался обернуться и посмотреть, кто идет следом, Виктория втолкнула меня в мою комнату.
— Я не легко кончаю, Джейк... но между прикосновениями этого зверя... и твоими умелыми пальцами... я кончила сильнее, чем когда-либо за последние годы.
Ее губы оказались на моих, прежде чем я понял, чего ожидать, и я застыл на месте, потрясенный жаром, который чувствовал от Виктории. Я чувствовал вкус терпкой смеси маргариты на ее языке, но ее руки были уверенными, когда они по-хозяйски возились с поясом моих фланелевых брюк.
Осознав, что происходит, я поднялся от страсти, заполнившей мой разум, и взял всё в свои руки. Моя дверь хлопнула о стену, когда я шагнул вперед, прижимая Викторию к себе. Попробовав ее язык своим, я провел рукой по ее щеке, шее и обхватил одну идеальную грудь.
Услышав, как сексуальная девушка постарше застонала от моих прикосновений, я почувствовал уверенность, а пальцы другой руки запутались в ее волосах. Задыхаясь, приоткрыв губы, она посмотрела мне в глаза, когда я отстранился от поцелуя.
— Я хочу, чтобы ты пососала его, — прорычал я, едва узнавая звук собственного голоса. Я был настолько переполнен острой нуждой и желанием, что не стал утруждать себя обычными любезностями.
— Нгххх!
Покачивая головой, Виктория закусила нижние губы и скользнула вниз по моему телу. Руки, прежде жаждущие, а теперь отчаявшиеся, вытащили мой член из брюк, и я услышал, как она тихонько вздохнула, увидев его длину в тусклом свете, падающем из коридора.
— Он великолепен... абсолютно идеален.
Её глаза округлились, и я с восхищением наблюдал, как она нежно провела пальцами по всей его длине, а затем прижалась к нему лицом, глубоко вдыхая. Прикосновение ее теплой, мягкой кожи снова пробудило мою страсть, и мой член запульсировал, заставляя ее отступить назад, когда он затвердел, а из глубин моего горла вырвался рык.
Скуля, Виктория раздвинула свои маленькие губки, и я довольно прошипел, когда огненное тепло ее рта охватило головку. Секунду спустя она застонала, а мои бедра без раздумий понеслись вперед и в мгновение ока заполнили ее горло членом. Я дернулся, чтобы отстраниться, но её ногти впились в мою задницу, и давящийся звук превратился в стон удовольствия, а глаза Виктории закатились вверх, встретившись с моими.
С закрытыми глазами