сестра перевернулась на спину, потянулась вверх, чтобы погладить сиськи девушки, когда они задрожали, и это стало для меня последней каплей. Когда маленькая попка Виктории сжалась вокруг моего члена, и ее крик пронзил мои уши, я крепко обхватил ее бедра и залил ее жопу своей спермой.
— Черт! НГНННХХ!
Виктория рухнула на простыню и слабыми руками притянула Бонни и меня к себе. Мы застенчиво смотрели друг на друга в течение секунды, прежде чем блондинка разразилась смехом и втянула нас обеих в совместный поцелуй.
— У меня будет болеть неделю, — усмехнулась она, — но это того стоило.
— На что это похоже? — спросила Бонни, с любопытством глядя на свою задницу.
— Наслаждение и боль... в одном флаконе, — сказала Виктория, — наполненном до краев и по милости сильного мужчины... Это великолепно, когда все сделано правильно, и ужасно, когда все сделано плохо. Твой брат — охуеть, какой замечательный.
— Ты можешь сказать это еще раз, — сказала Бонни, повернувшись ко мне и прижавшись к моей шее. — Спасибо тебе, Джейк... за все.
— Пойдемте, — сказал я, поднимаясь и потянув их за собой, хотя обе издавали звуки протеста. — Мы еще не закончили. Нам нужно принять душ, пока мама не вернулась домой.
— Душ — это все, что мы собираемся делать? — спросила Виктория, поворачиваясь и демонстрируя мне свой красный анус, когда она схватила меня за руку и побежала в сторону ванной.
— Надеюсь, что нет, — прошептала Бонни, прижимаясь к моей спине, когда она шла со мной в ванную.
Мама была верна своему слову. На раковине нас ждала небольшая стопка свежих полотенец и мыло с приятным запахом. Я мог только покачать головой на свою сумасшедшую маму, когда мы встали под теплую воду.
В последнее время жизнь казалась мне сумасшедшей, и я не был уверен, куда всё движется. В одном я был уверен: эта новая, смелая версия меня никуда не денется. До сих пор смелость и честность заводили меня дальше, чем я мог себе представить. Оставалось надеяться, что они приведут меня к объекту моей мечты.
Как изменился мир