эта... тьма, я буду рядом с тобой и помогу тебе преодолеть ее, — прошептала Эми, ее мягкие, но упругие груди слегка прижались к его груди, а ее бархатистые губы коснулись его уха. — Так покажи своей сестре этого мужчину, в которого влюбилась наша бабушка, — сказала она, медленно покачивая бедрами.
— И что же это было? — мурлыкнула Кэролайн, потираясь щекой о его щеку и ухмыляясь Памеле.
Глубокий вздох вырвался из его губ:
— Просто, как часто человек видит трех довольно красивых женщин, стоящих в его спальне?
— О?! Саймон, это правда? Ты считаешь свою мать красивой? — Памела проворковала, заглядывая глубоко в его глаза и видя боль утраты в глубине его шоколадно-карих глаз. Как ей хотелось обнять его, приласкать, позаботиться о сыне так, как может только мать.
— Да, — прохрипел Саймон, когда они крепко обнялись.
— Ты покажешь нам мужчину, которым ты когда-то был с бабушкой? — спросила Эми, уткнувшись носом в его шею. Она сузила глаза, заметив время. — Мы поговорим об этом, когда я вернусь домой, хорошо?
— Хорошо.
— Саймон? — сказала Эми, чувствуя, как ее соки начинают покрывать его обнаженное бедро.
— Хм?
— Когда я вернусь домой, я хочу, чтобы ты занялся со мной любовью. Я хочу испытать все то, что получала бабушка. Тебе не кажется несправедливым, что ты показываешь нам только одну свою сторону, в то время как бабушка видела тебя целиком? — спросила Эми, ненавидя то, что ей придется оставить его и этот пробуждающийся под ее рукой член.
— Возможно, — сказал Саймон. Он не знал, сможет ли он снова так открыться. Он не знал, смогут ли они справиться с ужасом, терзавшим его разум, который подарила ему война. Он не знал, смогут ли они справиться с этим, как его бабушка. Но когда он посмотрел в глаза матери и сестры. Саймон увидел их решимость, их правдивость, их убежденность.
— Да, разве ты не думаешь, что женщины в твоей жизни заслуживают того, чтобы узнать эту сторону тебя, — мурлыкала Кэролайн, проводя руками по его груди, — чтобы мы могли испытать ту радость, то блаженство, которое я видела в глазах Джуди, когда помогала ей снимать это видео. Ты знаешь, что она назвала тебя своей самой большой любовью. Я хочу этого Саймона. Я тоже хочу быть желанной, вожделенной и любимой, как я видела это в Джуди.
— Ну, малыш, похоже, в ближайшее время мы никуда не собираемся уезжать, — с любовью сказала Памела, — Так что подумай об этом, доверься нам, чтобы знать, что мы не убежим и никогда тебя не бросим, — мягко сказала она, нежно приглаживая рукой его волосы. — Я всегда буду здесь, чтобы заботиться о тебе.
— Мне пора идти, — прошептала Кэролайн ему на ухо, — надеюсь, ты, мой сексуальный племянник, не возражаешь, если я присоединюсь к тебе за ужином?
— Нет.
— Мы можем заказать курицу кордон блю? — спросила Кэролайн, покусывая мочку его уха.
— Конечно.
— Хорошо, — проворковала она, вдыхая его запах, желая снова овладеть им. — Я привезу ужин для всех нас, — сказала Кэролайн, убедившись, что его голова проходит по долине ее груди, когда она поднималась на колени. — Не могу дождаться, чтобы разбудить тебя утром, — сказала она, подмигивая ему, прежде чем скатиться с кровати.
— Теперь, когда мы наконец-то остались одни, — сказала Памела, закрывая дверь после того, как ее дочь и старая подруга детства покинули комнату сына. Ее пальцы повернули замок на дверной ручке. — Скажи мне, малыш, почему? —
Рождение звезды 2. Сверхновая. Часть 1, глава 3.